Просто вернись...-3

Кастия удивленно опустила взгляд на коробку, завернутую в кусок серой парусины. Все так же недоумевая, она потянулась к ней и, освободив от ткани, взяла в руки. Небольшая плоская из темного дерева. Наверно, из орешника.

Она вопросительно посмотрела на мужа. Он снова поощрительно и с неизвестным девушке предвкушением праздника улыбнулся.

Кастия открыла коробочку. На бархатистой, наверное, дорогой, темной ткани лежали два ряда крупных розоватых перламутровы жемчужин – ожерелье. У нее перехватило дыхание от того, что она видит его так близко.

– Какое красивое, Террин, – прошептала, легонько касаясь жемчужин кончиками пальцев и мимолетно погладив при этом подкладку, – Оно очень красиво, – повторила, потрясенно смотря на то, что видела на жене Владыки по большим праздникам, ибо такое чудо жаль даже трогать руками.

– Еще красивее оно на коже, Кастия, – прошептал Террин, отодвинув своей большой рукой с загорелой до черноты и обветренной кожей руку жены, и, подцепив ожерелье пальцами, добавил, – на твоей, дорогая.

Кастия во все глаза смотрела на руки мужа с ожерельем, поэтому не сразу смогла понять, чего он от нее хочет. Террин держал на одной руке ожерелье, тогда как второй настойчиво ее развернул к себе спиной. Через мгновение на ее грудь легло прохладное жемчужное чудо, а шершавые пальцы пощекотали кожу сзади на шее под тяжелым узлом волос.

– Где твое зеркальце? -шепнул муж Кастия на ушко, пощекотав его дыханием.

– Там, на столе, – ответила Кастия, поднимая дрожащую руку и ощупывая удивительное украшение на своей шее.

Террин отпустил ее плечи и через мгновение поднес к лицу жены посеребренное зеркальце с ручкой так, чтобы в нем отразилось не только ее лицо, но и шея и часть груди с ожерельем. Жемчужины лежали в два ряда, мягко переливаясь на слегка позолоченной солнцем коже Кастии. В отличии от сестры и матери она почти не загорала, хотя и не бегала от солнечных лучей, как богатые горожанки.

Ожерелье мягко светилось. Ровный розоватый отблеск жемчужин бросал блики на выступавшие под тонкой кожей косточки ключиц. Верхний ярус лежал на уровне ключиц, а нижний – немного ниже, на верхней части груди, подчеркивая ложбинку, открытым небольшим декольте.

Серовато-белое льняное платье Кастия, конечно, не было под стать этому роскошному украшению. Но на его простеньком фоне были еще более заметны чистота цвета, контуры и идентичный размер жемчужин.