Ключи от города

Вот и граница стала перед носом машины серой глухой на вид стеной, преградила путь всем, кроме меня. Я неловко клюнула Леха в щёку больше носом, чем губами и, спрыгнув, побежала по пыльной дороге. Тьма охотно расступилась навстречу, словно не подозревала во мне врага, несущего в глубины мрака сверкающее оружие росинок. Не определилась или не боялась? Я не знала.

Пришлось приостановиться, подождать, когда привыкнут глаза. Улица лежала пустая, никто по ней не бродил, даже червяки по стенам не ползали. Вчера я была слишком взволнована, чтобы отметить для себя эти вещи, а теперь сосредоточилась именно на том, чтобы постичь через отдельные мелочи общую суть.

Присмотревшись, я поняла, что ни одно окно не светится, ни единый лучик не пробивается сквозь сомкнутые ставни. Вероятно, здесь уже никто не жил. Все сбежали в поля или умерли.

Темни, получается, тянутся к живому, питаются им, или здесь не всё так просто? Вчера я горела желанием помогать, светилась истовой верой в то, что творю добро, а сегодня не отпускали сомнения.

То есть я понимала, что капельки носить надо, но разве человек не должен хотеть большего?

Задумавшись, едва не пропустила знакомый зов и решила больше не отвлекаться, пока брожу по городу. Размышлять можно и в безопасном тепле квартиры. Я всё ещё не миновала окраины, и призыв шёл из пустого, без признаков обитания дома. Я осторожно приблизилась, готовая в любое мгновение кинуться прочь. Могли капельки ошибаться? Вряд ли. Вчера всегда вели честно. Я тихонько отворила незапертую дверь и потянула носом воздух.

Ожидала уловить лишь привычную теперь для города волну нежилой стылой сырости, но шибануло крепким пивным духом, так что я едва не попятилась.

Внутри было темно, и я сердито подумала, что надо носить с собой хоть небольшую свечку для таких вот случаев, когда капельки тянут куда-то в непонятное, и их там словно не ждут. Человек дышал неподалёку, неровно и кисло. Иногда он хрипел, словно горло сдавливала верёвка, но привыкнув немного ко мраку, я различила, что просто тело неловко лежит.

Хмельного мужчина явно перебрал и вряд ли употребил только пиво. Я не разбиралась в спиртных напитках, но, пожалуй, чтобы вот так свалить здоровенного мужика требовалось что-то крепкое. Лежал он беззащитной грудой нездоровой плоти. Как же темни не спроворили? Не успели ещё по раннему времени? Тоже худым духом брезгуют? Ладно. Я решила не рассуждать, а делом заняться. Откупорила пузырёк и уронила в неопрятно разинутый рот драгоценную капельку.