Ключи от города

– Наверное, Бог сюда ушёл, когда люди его в городе забыли.

– Может, здесь и поселился, – сказала загадочная Эльвира, не переча мне, а как бы понимая, что сказать хочу.

Она, отпустив мою руку, легко прошла по камешкам мимо чудесного озера и присела возле крохотного кипунка. Я только теперь его углядела, раззевавшись на великие красоты. Водичка бежала из-под стены, и такая первобытная чудилась в ней сила, что по телу прошёл озноб. Я уставилась на ключ. Никогда ничего подобного не видела – городская же искони была.

Вода словно рождалась из стены, потому и называлась так – родник.

Эльвира опять поглядела на меня зорко, словно подозревала в чём, но ведь сама сюда привела, я вины не видела, не встревожилась даже. Вечерний свет заливал и обрыв, и воду, и склонённую фигуру женщины. Тревога проснулась, овеяла неуверенным холодом. Показалось ни с того ни с сего, что мы перенеслись незаметно в глубину прошлого, где разумный мир ещё не начинался и кроме нас людей нет. Тьмы тоже, да и над кем она тут смогла бы издеваться?

Тихо стало.

Свет мягко оранжевел, солнце степенно садилось, и, хотя здешняя ночь не несла в себе страха, я что-то такое ощущала. Потому предпочла бы вернуться к дому Леха до того, как светило совсем зайдёт.

Пока я размышляла о своём, здешнем, тёплые лучи нырнули в воду родничка, и она странно засияла, словно завелись в ней золотые искорки, заплясали весёлыми блёсточками. Показалось – вот-вот выпрыгнут в воздух и закружат в нём как мотыльки. Пока я заворожено созерцала это диво, Эльвира быстро наклонилась и погрузила в воду зелёную бутылочку, в каких обычно продают лекарства.

Водичка забулькала, стремясь внутрь, и замерцали сквозь стекло ничуть не погасшие звёздочки. Я едва не вскрикнула, сообразив, что они мне не мерещатся. Да что же тут творится, кто бы для начала объяснил

Бабушка выпрямилась, и сразу родничок погас, как платом его накрыли. Солнце ушло? Перестали играть в воде его лучи? Но в бутылочке всё так же мелькали искорки, хотя и не падал в неё свет.

Тихо реяли, то касаясь стенок сосуда, то уходя в глубину. Жили.

– Красиво? – спросил Эльвира и поглядела на меня испытующе, словно хулы опасалась.

– Магия что ли какая? – спросила я неуверенно.

Не верила в колдовство, ну, пока тьма не пришла. Сама-то она тоже не от сырости завелась. Это мрачное чудо какой-то силе приписать следовало.

– Знала, что ты увидишь, – сказала Эльвира. – Мало кто способен их разглядеть, да взять.

И протянула мне бутылочку.