Ключи от города

Мы оба выбрались из-за стола, он больше не разделял нас.

Я ещё набиралась храбрости, когда Сибор подхватил на руки так стремительно, что захватило дух, и медленно понёс в спальню, словно королеву на трон. Я улыбнулась глупым мыслям и теснее прижалась к любимому.

Раньше я боялась первой близости. Приятельницы рассказывали, что это больно и неприятно, и я невольно страшилась того мига, когда из девчонки стану женщиной. По-настоящему, как у больших. Сейчас я не думала ни о чём. Пусть всё, что угодно произойдёт со мной, главное, чтобы возлюбленный получил наслаждение от нашей женитьбы.

Скудная награда за отданную ради света жизнь, но что я могла предложить ещё? Так я по-детски ещё рассуждала, не привыкнув пока быть взрослой.

Я совершенно забыла о себе, но Сибор помнил. Он был так ласков и неторопливо нежен, что невольное напряжение растворилось, страх перед запретным знанием перестал иметь значение, а зародившееся во мне тепло разошлось по всему телу. Запылали щёки, налилась тяжестью грудь, в животе зародилось сладкое желание.

Я ощутила себя бутоном, что неудержимо раскрывается навстречу цветению. Когда я обняла сильное обнажённое тело любимого, мои руки развернулись как лепестки. Спина выгнулась как стебелёк. Ноги разошлись, открывая сердцевину, полную нектара. Было ужасно глупо представлять себя всего лишь цветком, но простая фантазия помогала преодолеть смущение. Я целиком сосредоточилась на прикосновениях ладоней Сибора, его кожи, такой прохладной, что во мне от этого только сильнее разгорался жар.

Я не очень хорошо понимала, что с нами происходит, но наконец-то перестала переживать по этому поводу. Позволила всё и себе и любимому. Мы открывали друг друга и каждый шаг познания напоминал маленькие вспышки огня. Я, не стесняясь, стонала, иногда смеялась, когда ощущения становились особенно острыми и слышала себя как со стороны потому что весь мой мир сосредоточился между нами. Его ласки и мой отклик на них. Иногда я всё же пугалась. Маленькая девочка во мне страшилась проснувшейся женской силы, но любое переживание сейчас, каким бы странным оно не казалось, всё вызывало в душе и теле острое ощущение счастья.

Это и есть любовь – понимала я. Всё – любовь, только она очень разная.

Потом мы отдыхали. Хотя я лежала неподвижно, у меня кружилась голова, или это комната плясала вокруг. Мир стал ненадёжен, и только сильное тело Сибора, его крепко обнимающие меня руки оставались убежищем от бед. Вот что такое супружество. Стыдное оборачивается прекрасным.