Заклеймённый

Ведь одно дело оказаться замешанной в подобной авантюре, но совсем другое, когда собственные чувства и привязанности усугубляют степень вовлеченности. 

   Теперь она стояла перед родителями, больше всего желая покинуть эту комнату и пожалеть саму себя, чего ранее она никогда не делала. Хрупкая ладошка Кортни отважно сжимала ее пальцы, сестренка пыталась придать ей сил.

   - Я прошу прощения за свой побег, но я уверяю тебя, матушка, что я не сделала ничего предосудительного, – сказав это, Беверли испытала невероятный стыд за свою ложь.

   - Ничего предосудительного? А как я должна назвать твой побег среди ночи? Как мне относиться к тому, что ты убежала к МУЖЧИНЕ?! Мало того, что это не твой жених, так он еще и чуть ли не самый известный ловелас с сомнительной репутацией!

   - Все не так как кажется, мама, – очень больно было лгать в лицо матери, но девушка сильнее сжала пальчики Кортни, чтобы не заплакать от стыда.

   - Помощь? Чем ты могла помочь? – Мелинда стояла напротив и нервно комкала в руках носовой платок. Отец сидел в кресле и молчал. Он наблюдал за дочерью, и только Богу было известно, о чем он в этот момент размышлял. 

   - Мама, я не могу объяснить всего сейчас, но поверь…

   - Что вас связывает? – вопрос прозвучал так остро, что девушка ощутила, как холодное лезвие коснулось сердца.

   - Мистер Баркли клиент мистера Мортимера…, я помогаю ему…, то есть пытаюсь помочь в одном деле…, оно очень важное…,- Беверли даже не представляла, как объяснить все матери.

    Сайрус предлагал ей помощь, но она отказалась. Она больше не хотела дурманить сознание родителей, ибо любая магия, даже самая легкая не может не повлечь за собой последствия.  Тогда он предложил прийти и поговорить с ними, но это напугало Беверли еще больше.

   - Что это за дело? – внимательно вглядываясь в лицо дочери, спросил мистер Монгроув.

   Девушка подошла к креслу и присела на корточки, касаясь руки отца. Она попыталась вложить всю свою искренность в дальнейшие слова, которые собиралась произнести.