Факультет закрытых знаний

В этом же кругу, который, видимо, символизировал равноправие, помимо обучающихся сидели пятеро незнакомых мужчин, профессор Тебион, Дерен Маккалич, Гуля и, к моему немалому удивлению, куратор Рукало. 

Единственная женщина (горгулью в расчет не берем) среди преподавательского состава как всегда была апатично-безразлична ко всему. Как ни странно, куратор даже в сторону Маккалича не смотрела, видать, потеряла всякую надежду захомутать мужика. А может, банально не потянула эмоциональной нагрузки на лицевые мышцы.

Ректор негромко кашлянул, привлекая общее внимание, и обвел собравшихся пристальным взглядом.

— Большинство из вас уже знает причину данного собрания, — вновь заговорил он, — поэтому буду краток и лаконичен в своей вступительной речи... Ни для кого не секрет, что через два года срок правления Эддара подойдет к концу, и по старой традиции на престол сядет один из пяти наследников домов-основателей. К этому времени сознательного возраста достигнут только четверо: старший наследник Глошад, наследники средней ветви — Викард и Толлят — а также Джером.

При упоминании последнего я невольно кинула взгляд на младшего принца. Правда, оказалось, что не я одна такая умная, и сейчас на возможного короля смотрели все сидящие в кругу. 

Напустив на лицо маску холодного равнодушия и сдержанного величия, Джером продолжил как ни в чем не бывало смотреть на ректора. 

Да уж! Подросло маменькино величество. Ох, как подросло! А ведь в детстве жутко стеснялся, когда на него коллективно пялились.

— Нам не дано заглянуть в будущее на два года вперед, но это не означает, что мы не в состоянии к нему подготовиться, — голос ректора прозвучал как фон, ибо я так и не смогла оторваться от действительно величественного облика Джерома. — Ошибочно полагать, что вся власть должна сосредотачиваться только в одних руках.

После этих слов я с любопытством оглянулась по сторонам, ожидая реакции остальных обучающихся, но сказанное Итоном-Бенедиктом, похоже, ни для кого не оказалось новостью. Единственным, на чьем лице отразилось недоумение, был, собственно, сам младший наследник.