Факультет закрытых знаний

По рыжему меху пробежала волна искр, и существо стало увеличиваться прямо на глазах. 

— Серьезно? — насмешливо произнес Дерен, незаметно — даже для моего взгляда — перетекая в боевую стойку и активизируя защитный контур. 

С моего места было очень хорошо видно, как мышонок, выросший до размеров взрослой собаки, прыгнул вперед, но был отброшен щитом и мощным ударом Маккалича.

Смотря на магов, я невольно начала сравнивать их между собой. Высокий худой Джером на фоне широкоплечего телохранителя казался тщедушным птенцом, неоперившимся, не познавшим жизни, не умеющим летать.

— Подвинься, — раздался тихий голос за моей спиной, и я невольно вздрогнула от неожиданности.

Оглянулась и с удивлением заметила ректора, сосредоточенно наблюдающего за происходящим. Я не почувствовала его запаха, не уловила шума шагов! Как такое возможно?

В этот момент Джером резко вскинул руки, выпуская магическое плетение.

— Неплохо, — громко похвалил ректор поднимающегося на ноги юношу, — но в следующий раз не стоит тратить так много энергии.

Соглашаясь, Джером коротко кивнул, отряхнул брюки и оглянулся в мою сторону, словно тоже искал одобрения. Я поспешно перевела взгляд на скованного заклинанием духа.

Ларь висел в метре над полом. Заклинание развеяло физическую форму рыжего мышонка, но взгляд широко посаженных темно-желтых глаз был все таким же наглым.

— Блош, что я приказал тебе сделать? — строго посмотрел на него ректор.

Дух буркнул что-то себе под нос и указал в мою сторону.

— Кошка! — с отвращением выдал он.

Я возмущенно фыркнула и тихонько зашипела.

— Привыкай, Блош, — непримиримым тоном сказал Итон-Бенедикт. — Теперь в этом месте будут жить оборотни. Возможно, даже кошки.

— Но мыши... — жалобно протянул дух.

— И мыши привыкнут, — холодно отрезал мужчина. — Ты должен смириться. Иначе... — он не договорил, но красноречивое молчание сказало все вместо него. — А теперь иди и займись делом. Узнаю, что кому-то пакостишь — выгоню и тебя, и твоих любимцев.

Итон-Бенедикт щелкнул пальцами, и невидимый кокон, удерживающий духа, рассыпался. Ларь опустился на пол, вернул форму рыжего мышонка и с поникшей головой побежал к выходу.