Факультет закрытых знаний

Кошачьи боги, что происходит с этим парнем?

К тому времени как Джером вернулся, я успела домыть раму и перешла ко второму окну. Водрузив на подоконник ведро, наследник, не говоря ни слова и стараясь вообще не смотреть в мою сторону, поднял лом и принялся за разрушения.

Так в относительной тишине, каждый погруженный в работу и собственные мысли, мы провели бок о бок почти три часа. За это время Джером доломал стену, вынес доски и успел раз пятьдесят сбегать поменять воду для меня.

— Нам велели заканчивать, — принес благую весть Джером, возвращаясь из коридора. — Тебе помочь?

— Сама справлюсь! — сдувая со лба темную прядку, отмахнулась я.

— Ну-ну... — улыбнулся наследник. — Так же ловко, как с ведром?

Я кинула на него тяжелый взгляд, но поняла, что слишком устала и проголодалась, чтобы вступать в диспут и тратить время. 

— Нет, я действительно почти закончила, — выжимая тряпку, ответила Джерому.

Чтобы лишний раз не наклоняться, ведерко я подняла наверх и зацепила за ручку форточки, поэтому сам подоконник был мокрым из-за летящих сверху брызг. Поняв этот факт, Джером прислонился плечом к стене, поднял голову и хитро прищурил голубые глаза.

— Ваш куратор — на редкость цепкая женщина, — заметил он. — Маккалич едва на стену не лезет от ее навязчивого внимания.

— Вот уж за кого стоит переживать в последнюю очередь, так это за Дерена, — фыркнула в ответ.

— Ты, кстати, тоже.

Выронив тряпку из рук, я резко развернулась и хмуро глянула на ухмыляющегося блондинчика.

— А ну-ка поясни.

Джером пожал плечами и скрестил руки на груди. Он все еще оставался в майке, поэтому моему взору отрылся весьма неплохой вид на мускулистые плечи. 

Кто бы мог подумать, что у этого высокого доходяги есть мышцы! Но не отвлекаемся.

— Ноэми, ну хватит разыгрывать из себя невинного котенка, — улыбнулся он.

— Понятия не имею, о чем ты, — ушла я в глухую несознанку.

Джером вполне мог знать об истинных причинах моего появления в философской школе общего профиля, но в тоже время мог и блефовать, ожидая, что я проколюсь и выложу ему все как на исповеди.

— Брось, Ноэми, — ничуть не смутился от моего пристального взгляда наследник.