Со змеем на плече

Кожа была такой же белоснежной, как и у окружавших его воинов, серебряные волосы убраны за спину и по цвету не отличались от широкого рельефного металлического обруча, инкрустированного хрусталем и молочно-белыми камнями.

Глаза... Они как прозрачный лед — холодные и мудрые. Глядя в них, понимаешь, насколько ты мала и невежественна по сравнению с царем крылатых людей. Однако... вслух эту мысль никто не высказал. В глазах правителя фалрьянов я не увидела ни презрения к более слабому, ни снисходительного покровительства, ни чего-то такого, что могло бы оттолкнуть.

Несколько секунд он смотрел на меня, словно оценивая увиденное, а потом, протянув руку, произнес:

— Рамаол был прав, сообщив, что мне нужно с тобой встретиться. Твои способности нам пригодятся.

Сообразив, что мне предлагают встать, я оперлась о руку царя, отметив, что она удивительно крепка, и поднялась на ноги.

— Вы имеете в виду созидание?

— Да, — кивнул Арамал.

Хм... Встать-то я встала, но от этого ощущение, что я по сравнению с ним просто ребенок (не только физически), никуда не делось.

— Можешь подняться, Чаран, — мягко обратился царь к атору. — Ты полетишь с нами и будешь везде сопровождать Шестопалую.

Тот поднялся и чуть склонил голову в знак согласия. Решив, что имею право знать, я все же спросила:

— А можно ли уточнить, куда мы направляемся?

Черт, как обезличенно и почти невежливо. Но я так и не спросила у Чарана, как следует обращаться к их царю.

— Мы летим в Даарью — столицу ирийского края. Несколько часов назад я получил известие от царевича Светодара, что народ Нарви прислал послов, которые требовали полного и безоговорочного подчинения Ирия. — Арамал чуть криво усмехнулся. — Но послы ушли ни с чем. Огненный народ так просто не сдается. К тому же, — выражение серых глаз стало мрачным, — вернулся царь Силорад.

— Да уж, — пробормотала я, растерянно потерев пальцами бровь. — Как я посмотрю, не очень-то приятные ребята — эти ваши нарвийцы.

Арамал вздохнул:

— Мы и сами не знали, что они могут быть такими. Но хватит терять время. Оно не ждет. Идем, ты поедешь со мной в колеснице.