Со змеем на плече

Знаете, к пророчествам я всегда относилась с огромным недоверием, но вот предупреждения обычно слушала.

— Где они? — Почему-то во сне сообразила, что надо спросить, и тут же удивилась, откуда это я знаю, какой именно вопрос надо задать.

— Завеса... — Изящная рука мягко поднялась и потянулась к моему лицу. — Ашья.

Острые ногти коснулись щеки, и неожиданно белая ладонь хлестнула меня с такой силой, что в ушах зазвенело.

Я хотела высказаться о манерах, когда, тряхнув головой, вдруг осознала, что лежу на полу. Сев и оглядевшись, поняла, что в незапланированном сотрясении моих мозгов виноват не гражданин из сна, а развалившийся на полную катушку Шарик, который, собственно, с кровати меня и скинул.

— Шаркань, ты наглая морда, я тебя в зоопарк сдам, — многообещающе начала было я, но вдруг раздался мягкий звон подвешенных к потолку колокольчиков.

Дверь в комнату тихо отворилась. На пороге появился незнакомец.

— Я не хотел вас будить, но ветер сообщил, что вы уже не спите, — произнес он.

Я сразу забыла о том, что хотела отчитать Шарика и что весьма неэстетично сижу на полу.

А он, кстати, хорошенький. В простой кожаной одежде с тиснением, повторяющим перья птиц. Дополняли образ высокие сапоги и широкий с золотистыми бляшками пояс. Смуглый, черноволосый, темные глаза несколько озадаченно смотрят то на меня, то на сонного Шарика.

— Да, — кивнула я, — мы проснулись. А что?

— Уже утро, — чуть смущенно пояснил незнакомец.

Однако через пару секунд до меня дошло, что голос знаком, следовательно... передо мной стоял не кто иной, как снявший маску и доспехи Чаран.

Ну надо же. А очень даже ничего мальчик, хотя вчера такой серьезный был — жуть.

— Да, это аргумент, — согласилась я, понимая, что проспали мы немало, и поднялась с пола. — Шарик, хватит прикидываться спящим, к нам пришли.

— Угу, — раздалось из-под одеяла, под которое шаркань забрался, пока я говорила с Чараном. — Я еще чуть-чуть — и весь ваш.

— Не сомневаюсь, — проворчала я, прекрасно зная, что «чуть-чуть» у Шарика — это два часа минимум.

Чаран тихо рассмеялся:

— Можем его здесь оставить, пока сами слетаем к храму Небесной Искры.

— Куда? — изумилась я, внимательно глядя на фалрьяна.

Почему-то мне показалось, что на долю секунды он смутился.

— Отец сказал, что тебе стоит это увидеть.

— Отец?

Чем дальше в лес, тем толще партизаны.

— Рамаол — мой отец. — В голосе Чарана появились нотки гордости, и я поняла, что спорить не стоит.

Не успела попасть в другой мир, а уже началась «Санта-Барбара».