Калинка-малинка для Кощея

— Домой, — усмехнулся он. И, увидев моё немое возмущение, добавил: — К тебе.

— А я тебя разве приглашала? — почти ласково уточнила, невольно отметив, что путь он знает прекрасно.

Дивислав только притворно вздохнул:

— Нет, конечно. Всё самому приходится. Не напросишься — не погостишь. Но вот поговорить о наших делах и впрямь стоит без лишних ушей.

Про уши он всё-таки загнул. Тишка, Мишка, Васенька… Народу полный дом. Правда, при надобности могут прикинуться ветошью и по возможности не издавать лишних звуков.

— О наших — это о каких? — тут же поинтересовалась я.

Ибо колкости колкостями, а забывать о работе не стоит. Главное, чтобы опять не начал сказки рассказывать, про замужество и прочую чушь.

— О Горыныче, — внезапно спокойно сказал Дивислав, и я позабыла как дышать.

Ничего себе… Неужто его появление тут как-то связано с похищением Леля? Боги, если и впрямь поможет, то… Что? А, ладно, потом разберусь.

— А Горыныч что? — невинно уточнила я.

Дивислав только загадочно посмотрел на меня.

— Не мог он этого сделать. Не крал он твоего друга.

Я аж остановилась и недоумённо посмотрела на Дивислава. Правду говорит али шутить изволит? Хм, вроде бы и впрямь серьёзен. Странно, очень странно. Змей Горыныч — вполне себе родственник Змеиного царя. Не то чтобы враг полозовчанам, да только в друзьях особо никогда не был. Возможно, Елька и вовсе неправду сказала? Не было никакого змея.

От таких мыслей и вовсе стало не по себе. Что ж это за такая жизнь пошла, что каждое слово под сомненье надо ставить?

— Откуда знаешь? — строго спросила я Дивислава.

Тот же задумчиво смотрел на крышу моего дома, чуть прищурившись, будто пытался оглядеть защитный контур. Неужто видит? Вряд ли, его моя матушка творила, а она была чудесницей далеко не из последних. Правда, Дивислав полон тайн и загадок. Может, умеет что такое, о чём и я не подозреваю.

— В доме расскажу, — спокойно повторил он. — Не стоит чужим слышать то, что для их ушей не предназначено.

Интересно, зачем ему так необходимо попасть в моё жилище? Ладно, пусть будет по-твоему, месяц ясный. Посмотрим, чего удумал.

— Идём тогда, — улыбнулась я и поманила за собой.

Дверь передо мной распахнулась сама. Юркнуть внутрь — дело секунды. Дивислав, кажется, что-то хотел сказать, но тут же раздался его удивлённый возглас.