Калинка-малинка для Кощея

Хотя я прекрасно помнила, как этот молодец обернулся вороном. Следовательно, человеческий облик — просто обман. А каков он на самом деле — неведомо.

Но тут же я собрала волю в кулак. Расслабилась совсем что-то, нельзя так. Будто нелюдей никогда не видела. Ишь какая невидаль, подумаешь! Но всё же не такой он, как те, что приходили ко мне раньше, ох… не такой.

— Да вот… — медленно начала я, — думаю: ты всегда по ночам к девицам в гости захаживаешь? Особенно коли приглашения на то не было?

Уж лучше так, чем смущаться и о красоте его думать.

— Вообще-то нет, — неожиданно спокойно ответил Дивислав, и я с изумлением поняла — не шутит. — Но вот в такие ночи, как эта, сдержаться не смог. Каюсь, грешен. Но… когда бы ты ещё в лес пошла, Калинка-малинка?

А вот панибратства не люблю. Где там моя сковородка? Ишь чего удумал! Сдержаться не мог он!

— Ну, коль несдержанный такой, то потом не жалуйся.

Мою руку охватила алая лоза силы, оплетая от кисти до плеча. Дивислав смотрел на это, как заворожённый. Только ни капельки страха в этих глазах не было — лишь восхищение. Хм, огня первородного то ли не знает, то ли не боится. Первое маловероятно, следовательно, второе.

— Хороша ты, чудесница Калинка, хороша, — улыбаясь уголками губ, сказал он.

А потом поднялся с земли, медленно и плавно, будто ни капельки мышцы не онемели да кости не заломило, пока сидел.

Подошёл к окну, остановился в паре шагов. Посмотрел на меня спокойно и чуть лукаво. Словно чувствовал, что не противен, и поэтому можно испытывать моё терпение. О том, что где-то в глубине души мне и самой хотелось, чтобы он побыл подольше, думать не хотелось. Надо бы только разузнать, кто такой и чего желает? А ещё слова Тишки и Мишки из головы не шли. Поэтому проверить всё надо обязательно.

— Ну, в прошлый раз помнишь, чем всё закончилось? — невинно уточнила я, намекая на пощёчину и давая понять, что в этот раз может даже не пытаться меня поцеловать.

Дивислав только хмыкнул. Так-так, по глазам вижу, что всё прекрасно помнит. Вон, даже с ручки в карманы сложил с независимым видом.

— А красна девица должна уметь за себя постоять, — неожиданно выдал он. — Особенно если нет у неё того, кто защитит от охальников всяких.

— Вроде тебя?

— Вроде меня.

— Вот дочке своей и расскажешь, — не растерялась я.