В поисках счастья

Все они взяли на себя очень большой грех: воспользовались услугами чёрной магии. Соответственно, они расплатились за содеянное страшными недугами, а ты решила их вылечить. Тебе нельзя было нарушать божественный порядок.

– Я не знала, – сказала Каная шёпотом.

– Вариант здесь только один, – продолжал Мэйджонг. – Они обращались к человеку, который обладал такой же редчайшей энергетикой, как и твоя, только использовал её для служения злу. Разбив с его помощью кому-то жизнь, они заболевали – это была их расплата – и возвращались к этому «злому гению» за помощью и объяснениями.

Этот человек направлял их к тебе за исцелением. И ещё брал с них деньги. Помнится, ты устроилась на работу. Расскажи-ка!

Каная рассказала всё как есть. Всё было предельно ясно. Она тут же позвонила Гуй Ню, которую, к слову, ещё ни разу не видела в лицо, потому что они общались только по электронной почте и по телефону. Каная сказала ей, что увольняется, и потребовала встретиться. Гуй Ню попросила её подъехать часам к семи вечера.

Каная добралась до места встречи и позвонила в звонок. Ей открыла женщина лет сорока пяти; взглянув на неё, Каная подумала, что это галлюцинации – она увидела саму себя, постаревшую лет на двадцать. Девушка тут же рухнула на пол без чувств. Через неопределённое время Каная открыла глаза. Она находилась в тёмной комнате, где все шторы были задёрнуты, а на столе горели свечи. Мебели, кроме дивана и стола, не было; на стенах висели амулеты. Вдруг в комнату вошла женщина, как две капли воды похожая на Канаю.

Она посмотрела на неё своим демоническим взглядом. А потом начала говорить под стук сердца девушки: «Ну надо же! Я могла бы быть матерью не кого-нибудь, а самой Леймо Канаи! Носвобода, детка, мне в своё время была всё-таки дороже тебя. Слукавила бы, если бы сказала, что мне было совсем неинтересно увидеть, какая ты стала! Хотя бы мельком».

– Но я думала…– в шоке заметила Каная, – что моя мать – инвалид. Что она потеряла зрение во время взрыва в метро, а меня оставила тем, кто меня воспитал.

Её звали Кулинай Лу, разве нет?!

– Ну почему же, – продолжала родная мать Канаи, – с фамилией ты угадала. А вот с именем ошибочка вышла. Так что действительно Кулинай, но вот только не Лу, а Гуй Ню. Родители твои выдумали правдоподобную легенду, надо отдать им должное. А на самом деле ты моя дочь. Когда-то я тоже была не такой, как все. Росла я в самой простой семье: отец мой был рабочий, а мать умерла при родах. Полагаю, из-за меня.