Суженый

Кому вы так насолили, Валерия?

Катерине впервые показались глаза хозяйки жуткими и потусторонними. Казалось, будто колоски на предплечьях шевелятся. В воздухе витали степные запахи, лампочка погасла. Это и есть эффекты? Или реальная Сила?

– Что за чушь? – мать качнула головой. – Я ни с кем не имею привычки ссориться.

– Может быть, – согласилась Ольга. – Однако люди обидчивы, завистливы, злопамятны и часто твердолобы. Любят подпитывать свои страхи и желания. Лелеять их, словно маленького ребенка. Вы могли причинить кому-то боль и не догадываться об этом.

– Какое это имеет отношение к сегодняшней ситуации? – спросила Валерия. – Впрочем, я все равно не знаю ответа.

– Просто подумайте.

Валерия против воли начала припоминать коллег, подруг, людей, у которых брала интервью. Женщина не понимала, для чего и как это делает, она не контролировала мысли. Ольге хватило. Рыжеволосая женщина с карими глазами, являлась коллегой Валерии, моложе на несколько лет, но очень амбициозной, мечтавшей занять должность редактора.

Но вместо нее повысили Валерию. И эта женщина оказалась ведьмой, отлично скрывающей способности и не чуравшейся применять их для достижения различных целей. Как же напоминала Любовь Фридриховну!

Ольга содрогнулась.

– Сочувствую, – сказала она. – Перейти дорогу злобной ведьме, то еще удовольствие.

Валерия Александровна звонко, искренне расхохоталась.

– Вы серьезно? Похоже, да. Не волнуйся, Катенька, скоро ты не будешь контактировать с плохими людьми.

– Мы можем отключить ее? – недовольно спросила девушка, не желая слушать ерунду из уст матери.

– Не стоит, – Ольга улыбнулась. – Я быстро сниму эту гадость с нее.

Катерина и Артем Сергеевич удалились в комнату, дабы не мешать. Мать что-то бубнила, смотря, как над ней колдуют.

Хозяйка «Лавки чародейки» разложила круг из трав и соли вокруг стула, с сидящей на нем Валерией. Электрический свет полностью погас, квартира ненадолго погрузилась во тьму. Ольга зажгла четыре белые свечи, поставила по сторонам света. Она шепнула заклинание, и пациентку накрыл голубоватый купол.

Прямо на него женщина наносила руны, в них смутно угадывалась кириллица. У Валерии Александровны пропал дар речи. Мозг отказывался принимать увиденное.

Тем временем Ольга закончила чертить письмена, они вспыхнули ярко-красным. Валерия почувствовала боль в голове, она сжимала будто тиски. Ей становилось то горячо, то холодно, словно ее поливали контрастным душем. Сколько длилось действие женщина не знала, но все прекратилось.