Служба помощи 560

Тогда существо приблизилось к нему и разжало лапу. Перо не сразу осознал, что ему протягивают выброшенную им же монетку.

Благодарно кивнув, Перо забрал монету, засунул ее в прожорливое устройство и поспешил набрать номер «Службы помощи». В процессе чего обнаружил, что кнопка с цифрой «0» на устройстве отсутствует.

Перо потряс подлый автомат, ударил его с силой, вернулся на берег.

Добрый зверь, грустно вздохнув, присел рядом.

– Тихо тут у вас, – заметил Перо. – Спокойно.

Сверху долетал слабый ветер.

В темноте кто-то пел. Должно быть, птица.

Перо подумал, что когда взойдет солнце, его свет все же доберется сюда. Тогда он продолжит свой путь.

– Куда мы пойдем? – спросил Перо у сидящего рядом животного. – Направо?

Зверь посмотрел на Перо осмысленным взглядом.

– Нет? – Перо осмотрелся. – На другой берег?

Он снял шляпу и провел рукой по нечесаным волосам.

– Мы еще споем. Споем. И еще полетаем.

Перо закрыл глаза.

А когда открыл, перед ним стояла Вейт. Продолжительный поцелуй закончился.

Перо надел шляпу, обернулся к окну. Вдохнул свежий ветер.

“...Богиня, привыкайте же к блаженству

И прекратите скромно прятать веки.

Моя принцесса, слава совершенства

Среди людей останется навеки.”

Служба помощи 560

В зеркале не я

Темно.

Пал знал, что если включить настольный свет, все равно будет неуютно. А если зажечь потолочные лампы, в комнате станет слишком ярко. Свет будет резать глаза, физически давить, раздражать своим существованием. Настольное же освещение разгонит только скромный участок тьмы, покажется чем-то лишним, неуместным.

И потому Пал оставался в темноте.

Когда ему становилось душно, когда тело его покрывалось потом, и он начинал прилипать к креслу, Пал открывал форточку. Тогда в комнату врывались шум оживленных улиц, гул транспорта, прохлада ночи. Вскоре, через определенный промежуток времени, прохлада оборачивалась неприятным ветром. Становилось холодно. Вой города быстро утомлял. Тогда Пал закрывал форточку.

Склоняясь под тяжестью продолжительного бодрствования, Пал уставал, маленькие глаза его прятались за веками, он плелся к постели.

Ему удавалось уснуть на мгновения, после чего он поднимался открыть или закрыть форточку. Пал ронял одеяло, избавлялся от него во сне, затем искал его на полу. Ему казалось, что подушка вовсе не такая мягкая, как должна быть. А темнота ночи совсем не убаюкивала, как и звуки города с промозглым холодом, сменяемые тишиной и духотой.