Элантида. Книга 4. Королевские игры

– Господа, ваша подозрительность когда-нибудь вас погубит, – усмехнулся маг, – не всегда стоит предпринимать длительные маневры и выуживать нужные вам сведения, говоря намеками – иногда можно просто спросить. Я же сказал, что с удовольствием отвечу на все ваши вопросы, к чему все эти игры? Итак, – продолжил он, не дожидаясь ответа инквизитора, – как я попал в Рейнгард. Предупреждаю, история будет длинная и слезливая, так что советую запастись провиантом и носовыми платками. Кто не склонен к сентиментальности, может просто есть.

И Вальдос поведал своим гостям красивую и почти правдивую историю о сбившемся с дороги страннике и прекрасной орчанке, похитившей его сердце. История действительно была очень красивая – в ней было все для того, чтобы обеспечить безбедную старость графу Рейнгарду, если бы он решил бросить все на свете и пойти в менестрели. Если бы он рассказал это при дворе, то на второй день стал бы самой популярной личностью если не в мире, то хотя бы в столице – эта история бы звучала в каждом втором доме Эвенкара, молодежь переписывала бы слова, менестрели дрались за право положить их на музыку.

Не было в ней только темного эльфа и Шереилы. О них Вальдос не упомянул ни словом, ни звуком. Во всех поединках с чудовищами ему помогала лишь любовь к прекрасной орчанке, а перенесли их сюда духи предков, заглянув в сердце избранника дщери племени своего.

Серые братья с явным изумлением слушали его рассказ, и Вальдос их прекрасно понимал – хочешь, верь, хочешь, не верь, но вот он сам, и вот они орки, а еще – деревня, в одночасье возникшая под Эвенкаром на том самом месте, где задолго до того так же внезапно исчезла. Причем, со следами спешных сборов в самой деревне и без единого орочьего или человеческого следа рядом с ней. И ко всему прочему – с печатью невероятно мощной магии.

– Занятная история, – протянул очнувшийся от глубоких размышлений темно-серый инквизитор. – Никогда не слышал, чтобы орки владели подобным видом магии.

Губы графа Рейнгарда растянулись в снисходительной улыбке.

– А они и не владели, – таким тоном, наверное, разговаривают с трудными подростками, которые неожиданно возомнили себя взрослыми и самостоятельными.