Пути бессмертия

А затем…

— Я проснулся, — Амадей закурил вторую сигарету. — Тогда помнил о себе лишь то, что я — Искуситель. В сознании полыхала обжигающим холодом одна фраза: «Отныне ты — Искуситель, и пока твои деяния грешны, ты будешь жить». И более ничего. Только недавно, не более двухсот лет назад я вспомнил то, что рассказываю. До этого же в сознании была пугающая темнота.

Он отвел взгляд. Вспомнил о том, как проснулся в холодном поту, когда в его сон явился холодный туман. А среди тумана фигура в плаще, скрывающая свое лицо.

Амадей тогда не узнал его, пытался проснуться. Метался в кровати так, что чуть не упал на пол. Фигура в плаще терпеливо ждала, когда же он успокоится. А затем только и спросила: «Не узнаешь меня, или же не хочешь узнавать своего хозяина?»

С того самого дня Искуситель искал своего «хозяина», любые упоминания о нем, спрашивал у всех знакомых жителей темной стороны. Но все лишь плечами пожимали. Ноэль, правда, как-то расплывчато отозвался на вопрос о «туманном лорде». Сказал, мол, слыхал о таком, но никогда не видел.

А Валентайн как-то странно взглянул на Амадея, услышав этот вопрос. А затем, зажмурившись, покачал головой, спешно уходя от разговора. Словно знал что-то.

И вот недавно, не более месяца назад, серебристый плотный туман явился вновь. На этот раз не во сне, он появился прямо здесь, в этой самой гостиной. И приказал. Дал указание своему слуге, обещая, что в конце он получит желанную награду. Увидит своего создателя, сможет к нему прикоснуться. И впервые за всю свою жизнь Амадей тогда преклонил колени, поцеловал пепельные полы плаща, обжигая руки и губы мертвенным холодом.

Он тряхнул головой, глядя на Лизу. Та, тяжело дыша, опиралась руками о подоконник. И причиной этому было явно не услышанное. Девушку трясло.

— Что с тобой? — Искуситель выкинул сигарету.

— Проклятие, — Лиза с ужасом осознавала, что сейчас даже при самом лучшем раскладе она не успела бы вернуться к Валентайну. А сердце внезапно зашлось в ужасающем марше.

— Что еще за проклятие? — он вопросительно изогнул бровь, беря девушку под локоть и отводя ее к дивану.

Амадей налил ей стакан воды, вручил и присел в кресле напротив. Окинул дрожащую девушку взглядом, наблюдал за тем, как ее губы коснулись холодного стекла. Внутри все сжалось. На миг, но Амадей почувствовал себя некомфортно. Словно холодный туман Хозяина прокрался в его тело и обосновался где-то там.

— Проклятие крови, — выдавила из себя Лиза.