Озеро в твоих ладонях

– Я… я готова и не такое стерпеть ради того, что было вчера, – чувствуя, что щеки начали предательски розоветь, а сердце гулко забилось где-то в горле, Марина опустила взгляд и уставилась на мелкий узор на клеенке.

– Рин, – в голосе тревога – и смущение? – Это в самом деле опасно. Не надо так легкомысленно относиться…

– Да что тут опасного? Я забрала у тебя энергию только один раз. Вчера… равновесие было восстановлено. Больше такого не повторится. Поэтому… – Марина, чувствуя, что теперь кровь отлила от лица, но все же пересилив себя, подняла взгляд и смело глянула Яру в лицо.

Яр молча смотрел на нее, во взгляде читались замешательство и сострадание. Вот только не надо смотреть ТАК…

– Я прошу тебя, – с отчаянной храбростью приговоренного тихо проговорила Марина, – подари мне эти дни… сколько их осталось – шесть, семь? – дай мне почувствовать себя живой. Может, это мой последний шанс – и уж точно первый за всю мою жизнь, – она не выдержала и снова опустила взгляд, изо всех сил сжав под столом руки.

Яр коротко вздохнул и, не обращая внимания на других пациентов за соседними столиками, протянул руку и коснулся Марининой щеки.

– Понимаю, – просто сказал он. Быстро убрал руку, но ощущение прикосновения осталось на коже.

– Поговорим позже, – еле слышно сказала Марина. Яр молча кивнул.

– Сегодня мы продолжаем? Идем на… Озеро?

– Да, идем. Сегодня пройдем по очень важному маршруту.

– Ты все мне объяснишь?

– Да. Тогда уже – придется. Дальше ты не сможешь пройти вслепую.

– Думаю, у меня все получится.

– А я не думаю, я знаю…

Насколько же после вчерашнего вечера все стало проще… и сложнее. Проще – больше нет нужды скрывать свое состояние, если сердце колотится как бешеное, а в груди теплеет и тяжелеет, стоит только соприкоснуться с Яром локтями на узкой тропинке. Можно смело взять проводника за руку, не опасаясь быть понятой неправильно… точнее, правильно – как странно…

Сложнее – потому, что Яр, в сущности, так же далек, отстранен, недосягаем, как и был раньше, только вот ум это понимает, а сердце – ни в какую не хочет понимать и соглашаться.

– Начали, – сказал Яр. – Веди до родника. Помнишь дорогу?

– Нет, – Марина рассеянно улыбнулась, искоса глядя на колышущееся под легким ветерком зеленое море травы перед собой, – но я ее найду.

– Хорошо, – Яр ободряюще кивнул. – Вперед.