Шпионка

Она сделала последний шаг и теперь стояла вплотную к нему. Девушка подняла голову, чтобы посмотреть в его глаза. Он был выше её, она едва доставала до его плеча. Сбросив плащ, приподнялась на носочки и ухватив его за шею, заставила склониться к ней. Энель колебалась лишь секунду, а потом горячо поцеловала его в губы. Замешательство менестреля длилось не дольше мгновения, а потом она почувствовала его руки, обвивающие её талию и приподнимающие над землёй: он ответил на поцелуй. Так продолжалось несколько минут, после Лерд поставил девушку на землю и оторвался от её губ.

- Постой, Беда, ты всего лишь дитя, я не могу.

- Ты не хочешь меня?

- Нет. 

Она отпрянула от него, но он схватил её за руку.

- Да нет же. Я хочу, о, боги, я знал, что ты станешь моей погибелью. Беда, я никого никогда не желал так страстно, как тебя! Но ты…

- Дитя? – она прильнула к нему. – Может и так, Лерд. Но разве это имеет сейчас значение? Ты слышишь, как стучит моё сердце? Если ты прогонишь меня, я уйду, но я умру от ревности и тоски.

- Беда, - нежно произнес он, дотронувшись до её щеки, по которой текла слеза. – Не надо. Я гораздо старше тебя, милая, я тебе в отцы гожусь, я…

Она не стала слушать, лишь улыбнувшись, припала к его губам. Мужчина не устоял, приподняв Энель он прижал её спиной к стене, покрывая поцелуями лицо и шею. Отвечая на его ласки, она обхватила его бёдра ногами. Он остановился, чтобы перевести дыхание и пристально взглянул в зелёные глаза.

- Ты, действительно беда. Не будем же мы делать этого здесь, на улице? Слезь с меня, идём в уютную комнату, там есть постель, вино, и еда. 

- Постели хватило бы, - отпуская его, прошептала она.

Подобрав брошенный плащ, они вернулись на постоялый двор. Захватив у хозяина кувшин вина и блюдо с едой, он увлёк девушку за собой в небольшую комнатку под самой крышей.

Едва Лерд поставил блюдо, как она вновь поцеловала его. Он подхватил Энель на руки и опустил на постель.

- Ещё две недели назад, ты вздрогнула, когда я раздевался, а теперь тебе не терпится меня раздеть. Может нам лучше остановиться, Беда? Я не хочу, чтобы ты делала это из чувства долга. Ты ничего мне не должна, девочка.