Все бури

Тело Мэренн горело, глаза блестели, хриплый голос просил не останавливаться — но Майлгуир не смог, даже если бы и захотел, и слова любви рождались сами и, несомненно, были правдой…

Порозовевшая Мэренн распласталась на мягкой хвое, раскинула руки.

— Как же здесь хорошо, — прошептала она. — Мы можем остаться еще немного?

— Увы, нет, моя любовь. Мои силы иссякают, если мы не вернемся сейчас, — погладил Майлгуир гладкий живот Мэренн, — то можем остаться навечно. Теперь тебе хватит сил дождаться меня.

— Дождаться тебя?! — вскочила Мэренн одним слитным движением.

— Нет, ты останешься!

— Нет, Майлгуир! Я воин — и я твоя жена! Я буду рядом с тобой, куда бы ты ни пошел! — холодные серо-зеленые глаза яростно блистали в изумрудном полумраке.

Майлгуир поднялся, обнял Мэренн, прижался губами к ее губам.

— Ты очень храбрая, — оторвавшись от нее, хрипло произнес он. — Хотя бы потому что смеешь спорить со мной.

— Я прошу…

— Так я могу и согласиться, — ответил Майлгуир, обнял Мэренн — и вернулся из Грезы в обычный мир.

Времени не было совсем. Это состояние уже порядком поднадоело Майлгуиру — у бессмертного существа, у которого в запасе вечность, постоянно не хватало времени!

В дверь колотились так, словно Укрывище атаковали драконы. Похоже, в Нижнем мире прошло больше, чем одно мгновение, но меньше, чем полчаса, оценил изменение времени волчий король.

Мэренн торопливо надела камизу. Сюрко ей подошло то, что было заботливо принесено Антэйном.

— Это твоя вещь, мой супруг, она дорога мне, и я буду носить ее с радостью, — пояснила Мэренн, не увидев — почуяв его удивление.

И это тоже было приятным открытием, гранью того понимания, что возможно только между очень близкими людьми, что куется долго, а разрушиться может за один разговор.

Майлгуир нахмурился, поправил одежду — и разрешил вход.

— Он пропал! — влетел Антэйн вместе с лучами солнца, уже поднявшегося высоко в небо.

— Хранителю запрещено покидать Дом, пусть это Дом северного клана. Как его пропустила стража?! — в ярости выкрикнул Майлгуир.

Ведь знал же, что надо идти самому!

— Хранитель не проходил через ворота, — недовольно ответил стоявший поодаль Ллвид.