Целительница

Лэри Ивор разглядела на конных носилках мёртвое тело Ратмира Велеслава, того, кто любил её глубоко, искренне и беззаветно…

Оставшихся в живых воинов наместника и остатки гарнизонов Орлиного Когтя и Драгомира привёл в Бранен Дрогорад Раво. С перевязанной головой, качаясь в седле, рядом с носилками бывшего воспитанника ехал Ёрш Дамир. Яра не сразу узнала в тощем, седом старике ранее могучего воина.

Сенешаль заметил, как побелело лицо лэри Ивор. Чтобы не упасть Яра обеими руками ухватилась за парапет.

– Лэри? – тихо спросил он.

– Позвольте вам помочь. – Ладислав Идан поддержал пошатнувшуюся госпожу.

Ярина Светолика подняла голову. Сенешаль в замешательстве попытался рассмотреть приближающийся отряд. Что дело плохо, опытный воин догадался моментально, измученные всадники ехали медленно, штандарты рода Ивор, замков Орлиный Коготь и Драгомир были опущены.

– Мой супруг мёртв, – прошептала Ярина Светолика. – Драгомир пал.

***

Яра просидела над телом мужа до рассвета, вспоминая каждый миг их любви.

Теперь, овдовев, молодая женщина чувствовала себя одинокой и потерянной. Всегда, даже когда наместник надолго по делам службы покидал семью, Ярина Светолика ощущала его незримое присутствие и поддержку. А сейчас Ратмира Велеслава, мужественного, доброго, мудрого и бесконечно близкого человека больше нет. Его ласковые, тёплые руки уже никогда не коснуться тела желанной супруги, Яра никогда не проснётся от жаркого шёпота и нежного поцелуя любимого…

Утром старый жрец Нура из окрестностей Любича прочитал над убиенным погребальную молитву и сообщил, что душа мёртвого мага освободилась, Ратмир Велеслав больше не нуждается в охране и заступничестве бога усопших.

Поэтому по старинной традиции жителей юга тело наместника предали огню.

Лэри Ивор молча стояла у погребального костра и смотрела, как оранжевые языки пожирают тело супруга. Глаза Ярины Светолики оставались сухими, плакать она не могла, мешало нечто внутри, сдавившее грудь каменной дланью.

– Яра, Яра! Так нельзя… Поплачь, прошу тебя поплачь, – захлёбываясь слезами, бормотала Лиса. Но Ярина Светолика, погрузившись в скорбь, её не слышала. Когда погребальный костёр потух, она удалилась в свои покои и, отослав служанок, не раздеваясь, легла в постель. Лэри Ивор неподвижно пролежала с открытыми глазами до вечера.

Вечером Ягодка и Белица насильно напоили госпожу успокоительной настойкой, и Яра провалилась в тёмный, страшный сон.