Шанталь, или Корона против. Часть первая

- Могу лишь предположить, что Шанталь чего-то испугалась.

- Или кого-то, - хмыкнул Хассель, - будто не знаешь, какая у тебя репутация среди девиц.

- Сам же ее сочинял, - ухмыльнулся Леон, - чтобы не мешали работать.

- Щенок, - проворчал Хассель, но уже без прежней злобы в словах.

Проснулась я внезапно, точно кто-то невидимый взял, приподнял над кроватью и уронил. Открыла глаза, успокаивая зашедшееся сердце. Кошмар, который опутал мое бедное сознание липкой паутиной страха, постепенно отступал. Детали размывались, мертвецы исчезали, но я знала - они придут снова следующей ночью.

- Пора заканчивать с приключениями, Шанти, - хрипло прошептала в темноту. Повернула голову – из-под порога пробивался свет, слышались приглушенные голоса. А здесь, во мраке комнаты, явственно ощущался привкус кошмара. Он таился в темном углу, прятался под кроватью и оттуда тянул свои невидимые ледяные щупальца к моим ногам.

Я подобралась, спрыгнула с кровати, целясь в лунный квадрат на полу, метнулась к выходу, распахнула дверь и растрепанной, босой, в расстегнутом платье ввалилась в гостиную.

Сидящие за столом мужчины смотрели на меня с одинаковым неудовольствием, точно я оторвала их от спасения мира. Затем во взглядах промелькнула тревога.

- Шанти, детка, что-то случилось?

Я подошла к столу, откинула упавшие на лицо волосы, глубоко вздохнула – жаловаться можно было лишь на себя, и оттого было вдвойне обиднее – ухватила взглядом стакан с водой, сделала из него большой глоток. Горло обожгло, точно его ужалила сотня пчел.

Предостерегающий крик дяди смешался с моим надрывным кашлем. Слезы ручьем потекли по щекам.

- Ну что же ты, глупышка, - меня похлопали по спине, поднесли к губам чашку с чем-то розовым, - кто же так пьет, не глядя.

Не сразу до меня дошло, кто именно меня обнимает и поит виноградным соком, а дядя смотрит на нас с ехидцей.

Я шарахнулась в сторону. Облизала обожженные губы. Кожа под платьем там, где прикасалась мужская рука, горела. И чтобы скрыть смущение, я ринулась в наступление.

- Вы разговаривали? О чем?

Я четко уловила любимое дядино «щенок», прежде чем распахнуть дверь, и теперь мучилась любопытством, в чем провинился мой жених.

- Конечно, о тебе, - улыбнулся Леон, и его улыбка лаской коснулась моего лица. Я с недоверием посмотрела на мужчину, точно увидев его впервые. Во взгляде не было жесткости, не было желания меня убить, не было ледяного презрения к сбежавшей невесте-воровке, сейчас во нем читалась нежность.