Яд

Но, как говорится, если утром встал не с той ноги, то это надолго. На весь день как минимум.

Около дома меня поджидал Вадим Вадимович с отчетом о выполненной миссии – переселении Алена на новое место жительства и переводом на новую работу. Как оказалось, Ален имел вполне себе русскую фамилию, и даже очень красивую – Радуга.

Пока я пыталась под чашку свежезаваренного с какими-то травками чая переварить новость о появлении у меня в хозяйстве Алена Радуги, оказалось, что этот молодой человек – веб-дизайнер, и очень даже хороший, и Вадим Вадимович, которому как раз позарез был необходим подобный кадр, с радостью его пристроил и выражал мне глубокую признательность за отличный подбор личных слуг.

Правда, с каких это пор Ален стал моим личным слугой, я так и не уловила – голова просто пухла от всего узнанного, но Вадим Вадимович лучился таким энтузиазмом и счастьем, что мне даже полегче становилось. Хотя может быть это и чай помогал.

Так что я сдуру решилась задать давно мучающий меня вопрос.

– Дядя Вадим, – ну не могла я пока в нормальном своем состоянии назвать его "средний"! – А зачем вам ну… вот все это?

Я обвела взглядом преображенную кухню, включив во "все это" и себя, с надеждой, что он поймет.

– И Вадим – зачем слугой? Он же мог прожить безбедную жизнь. Вы же такой богатый. Жили бы себе и жили. Зачем?

Вадим Вадимович скорбно глянул на меня, как на несмышленыша – он всегда тонко чувствовал грань, что и когда можно делать, в отличие от своего взрывного сына.

– Чтобы служить вам, госпожа.

– А зачем?

И Вадим Вадимович заговорил.

Лучше бы я не спрашивала!

Глава 24

– Лукьяшка! – громкий, немного визгливый крик раздался из барских покоев. Кричала, конечно, не сама барыня, та бы не сподобилась так орать. Звала Агапья, девка ее сенная, баба вздорная и глупая, хоть и в самом соку, есть за что подержаться и на что поглядеть. Хотя держала ее барыня, конечно, не за это, а за умение как следует спать уложить – и постель прогреть, и помыть, и косточки размять.