Северный путь

Когда первые лучи солнца, с трудом пробившись сквозь туман, расцветили горизонт, путники вновь очутились на берегу заколдованного озера. Вода из него стекала в ров вокруг широкого холма.

– Что теперь? – потребовал Ждан, изнемогая от недосыпа.

– Ты же ветроплав, значит, и направление должен чувствовать лучше других. Где северо-запад? – дал волю раздражению Финист.

Ученик пристыженно развёл руками.

– Ладно, отдохнём здесь, раз уж это место нас не отпускает, – наставник направил Золотинку вдоль рва.

– Смотрите, там что-то есть! – Дугава указала на вершину, где зубьями вздымались остатки каменной кладки.

– Руины, – ответил Финист. 

Земля здесь исторгала много стихийной силы. До падения ордена Сумеречники возводили свои твердыни именно в таких местах, чтобы подпитывать дар и быть неуязвимым внутри крепостных стен. Но против предательства в собственных рядах все ухищрения оказались бесполезны.

Через ров вела насыпь из булыжников. Финист спрыгнул с лошади и взял Герду на руки. Она до сих пор не очнулась, бедняжка.

– Так что стряслось? Теперь у тебя есть время рассказать? – спросил Ждан, тоже спешившись.

– Ублюдок из охотничьего домика напал на неё. Пришлось от него избавиться, – пространно ответил наставник. – Члены Компании не должны бросать никого в беде.

– Но она же неодарённая! – ученик всплеснул руками от досады. – Сама во всём виновата. Сразу было ясно, что он не из-за денег её позвал.

– Конечно, сама, а насильник не виноват совсем вот ни капли. Ещё слово, и будешь щеголять с синяком под глазом, – осадил его Финист.

– А я ещё и уши надеру! – добавила Дугава, треснув Ждана по затылку. – Она нам жизни спасла. А ты… разве тебя кто-нибудь обвинял, что ты связался с вороватыми дружками?

– Но я одарённый – другое дело! – упирался он.

– Хорошо, значит, будешь дежурить, пока мы не отоспимся! – рявкнул Финист так, что Ждану пришлось замолкнуть.

Лошадей повели в поводу: они могли оступиться на неверной переправе и покалечиться.

***

Темно. Тёплый воздух был напоён неведомыми ароматами, сладкими и горькими одновременно. Из-за горизонта нехотя выкатывался большой диск солнца. Словно искусный скульптор, он вылепливал из чёрного камня очертания города. Ввысь устремлялись башни, похожие на оплывшие свечи. Их опоясывали венки водяных лилий, тоже сделанных из воска.

Над городом царила тишина. Он мёртв. Слышался лишь шелест крыльев, которые несли её над неведомой землёй восходящего солнца.