Северный путь

Быть может, это древний трактат прольёт свет на происходящее.

На первой станице значилось: «Ритуалы высшей некромантии доступны лишь избранным мертвошёптам, которые в совершенстве овладели своими способностями». Это искусство позволяло ловить заложных покойников. Души, которые не переправились через Сумеречную реку на Тихий берег, оставались блуждать в Дольнем мире людей, мучимые незавершёнными делами. Через тридцать три года они теряли остатки разума и перерождались в мстительных призраков. Мертвошёпты могли им помочь, но вместо этого предпочитали обращаться к некромантии и использовать в битве, для скрытного наблюдения, запугивания и много чего ещё.

Таинственный ящик на картинке служил ловушкой для душ – его делали из стекла, которое расписывали заклятиями на языке мёртвых.

Похоже, светящийся дым и был призраком. Значит, кто-то доставляет их сюда. Может, об этом говорил Финист? Будескайск вытягивает энергию из земли, чтобы удерживать в плену полчища призраков. Только зачем? Ведь это как зажжённую сухую ветку в руке держать – нет-нет, да опалит так, что останется шрам.

Последний, самый объёмный раздел был посвящён повелителю нежити Карачуну. То ли проклятый бог, то ли один из древнейших демонов, то ли мертвошёпт, перешедший грань человечности в некромантских практиках, – никто не знал точно, что это за тварь. Он выглядел, как закопчённый скелет, укутанный лоскутами гниющей плоти, на которые слетались тысячи мотыльков моли. В пустых глазницах горели колдовские свечи с чёрными рисками зрачков, с черепа до пола свисала медная борода, из полного гнилых зубов рта смердело тухлым мясом.

Все неупокоенные души переходили под владычество Карачуна. Опытный некромант мог призвать его. Для этого требовалось построить алтарь из костей младенцев, принести в жертву сотню живых и сотню заложных покойников, обитающих на перекрёстках, обочинах, лесных опушках и ничейных полосах земли.

Только зачем обращаться к столь страшным силам? Разве что как отец Майли… чтобы погубить своих собратьев.

В заключительной части пересказывалась легенда о мести мертвошёпта, чьё войско разбил Карачун. Сумеречник пронзил гнилое сердце повелителя нежити посохом, но вместо того, чтобы развеять прах по ветру, янтарный набалдашник впитал демоническую силу и передал её своему хозяину. Так мертвошёпт стал новым Карачуном.

На основании этой легенды автор утверждал, что повелителя нежити, как и остальных призраков, можно склонить к своей воле.