Северные истории. Книга I.

Ребенок все еще держится, где ему положено. Если это изменится — позовите.

— Так это не выкидыш? Она не скинет ребенка? — взволнованно спросила Лейлис.

— Или скинет, или нет. Третьего, как известно, не дано.

Леди Эстергар безмерно раздражали реплики такого рода.

— Вы врач. Вы можете сказать, что происходит с моей служанкой и чем это грозит?

— Я хирург, а не повитуха.

Лейлис вскипела окончательно. В тот момент она злилась так, как не могла от себя ожидать. Она поднялась со своего места, продолжая удерживать простыню вокруг груди.

— Повторите это еще раз и станете повитухой, а на мои вопросы будет отвечать новый лекарь.

Он медленно выпрямился, окинул ее — неодетую, с мокрыми спутавшимися волосами — оценивающим взглядом с головы до ног. Лекарь был на пятнадцать лет старше ее, на пять дюймов выше, а среди его предков в пятом поколении было несколько лордов. Еще немного раньше, до Фэренгхолда, или если бы она не была теперь в таком волнении и гневе, Лейлис бы смутилась, отвела взгляд и обратилась бы к нему в более мягком тоне.

Но она злилась, и поэтому у мужчины не возникло сомнений в том, что она действительно может выполнить угрозу. Он медленно склонил голову, в очередной раз натолкнув леди Эстергар на мысль, что чем больше она старается походить на свою предшественницу, тем больше ее уважают.

— Вот что, — быстро заговорил он строгим деловым тоном, — пока нет крови, нельзя говорить, что происходит выкидыш. Но вы правы, такие сильные схватки на столь раннем сроке — не обычное дело, это любой подтвердит.

И, как мне подсказывает мой опыт…

Он снова склонился над Шиллой, довольно бесцеремонно повертел за подбородок, пытаясь заглянуть в полузакрытые глаза, и влепил увесистую оплеуху, чтобы привести пациентку в чувство.

— Смотри на меня, женщина, — строго и требовательно заговорил он. — Смотри на меня и отвечай. Что ты сделала?

Но Шилла только плакала и не понимала, чего от нее хотят, или делала вид, что не понимает. А Лейлис наклонилась, чтобы поднять с пола какой-то мелкий предмет, на который нечаянно наступила.

Это оказался знакомый ей флакончик из темного стекла, завернутый внутрь пояса передника, который Лейлис второпях сняла с Шиллы, не заметив, что в нем что-то есть.

— Позвольте, — лекарь взял у нее флакон, откупорил и капнул на палец последние остатки содержимого. — Спорыш. Это ты приняла, женщина? А перед этим украла? Надо было делать это месяцами тремя ранее, теперь уже поздно для спорыша.