Прятки

И ещё медведь вручить мне эта вещь, – мужчина поднял над головой деревянную куклу, – он сказать – ты знать эта вещь, и пойти со мной.

- Это не вещь, а принцесса, – упрямо стояла на своём Лиза, однако крепко схватила протянутую грязную исцарапанную руку и глядя прямо в глаза сидящему на земле незнакомцу, негромко ответила, – пойдём.

Странная парочка продиралась сквозь лесные заросли. Тощий и высокий оборванец, облачённый в форму иностранного солдата и маленькая девочка в бордовом платьице, тоже, судя по всему, повидавшем виды.

Малышка легко перелазила через почерневшие стволы поваленных деревьев, резво носилась среди мокрой травы, порой превышающей её рост, порой даже посмеивалась, на миг забывая о всех пережитых сегодня злоключениях. Солдат же, напротив, тяжким мешком переваливался через лесные преграды, постоянно охал и хватался за сердце. Лиза потому так легко и согласилась, что поняла – ничего плохого он ей сделать не хочет, да и не может.

Слишком много страха, и совсем-совсем никого близкого в этом мире – вот всё, чем владел этот солдат.

Ах, ну да, автомат за спиной – не более чем игрушка, а Лизина игрушка в руке в любом случае возвратится к ней.

Стало быть, врал мужчина насчёт «его людей», к которым он и ведёт девочку. Лиза нахмурилась и повнимательнее изучила незнакомца. Страх, страх, страх, лжи нету – всё затмевает страх. Но людей нету. Вернее, есть люди впереди, но они вовсе не его. Всё, что принесут они ему – опять же, страх и всё…, далее тьма. Но девочке он помочь хочет искренне – почему-то это желание маячило основой его страха.

Медведь?

- Дядька, – крикнула Лиза, перебираясь через очередной поваленный ствол, – а, дядька? Не бойся меня, пожалуйста.

Мужчина нервно захохотал. Он взял в руки свой игрушечный автомат, почесал им затылок, а затем зачем-то поцеловал грязное дуло.

- Как звать фройлян? – спросил он у девочки.

- Лиза,- ответила она.

- Лиза… хм, Элоиза, – мужчина как будто то посмаковал малышкино имя, – а я, Лиза, солдат, воин. Ты, наверное, в курсе, Лиза, что Святая Германия во главе с Фюрером приступила к завоеванию Европы.

И сегодня-завтра завоюет. А потом – весь мир.

- Не в курсе, – пожала плечами девочка.

- Ужас! – солдат чуть даже не упал, споткнувшись о какую-то корягу, – ужас! Тебе родители ничего не говорят?! Такие родители должны быть к стенке стоять и расстрел! Кто родитель твой? Партизан?

- У меня нет родителей.

- В этом тебе повезло, – развеселился мужчина, – но тебя мы не трогать. Я сам буду следить тебя.