Вершительница. Целитель и сид

– Потом ты рыдала на груди у Кольра, рассказывая, как тебя обидел другой мужчина. А потом еще что-то про своего мужа.

Ох… похоже, это становится дурной привычкой. Бедный Кольр, не завидую. Хорошо, что я не помню эту позорную сцену.

– А дальше? Это ведь еще не все? – спросила я, ожидая продолжения. – За что мы тут очутились? А, главное, когда нас выпустят.

– Лучше спроси, какой будет штраф, – проворчала северянка. – Ты начала плакать, и в таверне вдруг начали рассыпаться в прах вещи, а у Кольра полностью истлела одежда.

Стол, который мы заняли, превратился в труху. Огонь в очаге и лампы погасли, и стало очень холодно.

У меня просто отвисла челюсть. Я попыталась переварить информацию. Что же это было? Неконтролируемый выброс энтропии?

– А твоя одежда тоже… истлела?

– Почти. Еле хватило, чтобы дойти до участка, а там мне уже выдали рубаху. Так что ты теперь и мне должна. Твое платье, кстати, тоже распалось, – сказала Ингибьорг. 

Жуть! Я представила, как меня и Кольра нагишом выволакивает и тащит в повозку Стража.

Лицо горело от стыда. Жалко было платье Ингибьорг, которое она, наверное, собственноручно вышивала. 

– А почему ты решила, что это сделала я?

– А кто еще? Не я же. И не Кольр, хоть он и некромант. Твою Силу сложно перепутать с чьей-то иной. Потом нас забрала Стража, – закончила рассказ девушка. – Ладно, не переживай, – добавила она. – Господин Оха сказал, что утром пошлют за господином Фьоном, чтобы сдать нас с рук на руки. Он за нас поручится, как наш куратор.

***

Сказать, что Альгисл Фьон был в ярости, значило не сказать ничего.

 Когда нас привели в кабинет Хальра Оха, наш наставник метал громы и молнии.

– Госпожа Твигги! Как вы могли?! Я понимаю, Кольр, но вы! Вы же намного старше и казались мне достаточно благоразумной.

 – Ну…

Господин Фьон одним жестом прервал мои оправдания.

– Неужели вы не знали, что для магов с таким уровнем Силы нельзя утрачивать контроль? Напиваться для мага непозволительная роскошь, – сказал он.

«А как же Септимо?», – подумала я.

Но вслух не сказала. Тот был изрядным любителем горячительных напитков. С другой стороны, на моей памяти он не напивался до невменяемого состояния.

– Э… собственно, такое со мной впервые, – удалось мне вставить слово. – Я не знала, что может случиться.

Однако господин Фьон имел в виду совсем другое.

– Ясно. Я уже поговорил с Кольром. Не знаю, что он такого натворил, но половина мебели в таверне обратилась в прах, – сказал наставник.