Три искры

Ведь грубить в открытую он им не мог — что о нем подумает Орэнса?

Главное, что он подумает о себе сам.

Но та Орэнса, что поселилась в его голове, ведь тоже была его частью, так?

— А за собачек? — повторил Ивр.

— Никогда не любил собачек.

— А за Орэнсу? — спросил он. Как будто Орэнса не стояла рядом! Как будто рядом не стояли одновзводники! И Ивр предлагает, что Аль по нему скучать будет?

Аль шумно выдохнул, но все же смог произнести:

— Мы с тобой, может быть, сегодня ещё отдельно поговорим. Если меня отпустят ночевать к себе.

— А сейчас стесняешься?

Альберт, несмотря на все запреты, был готов прямо сейчас подскочить с кровати, подхватив с собой что-нибудь потяжелее, чтобы запустить этим в Ивра.

Потому что нервировал до невозможности. Своими правильно сказанными вещами.

Он уткнулся лицом в подушку.

— Ладно, — сдался Ивр. — Я потом к тебе подойду. Или ты ко мне, у тебя ведь нога почти вылечилась. Надо же было до такого додуматься!.. — вещал он.

Кто-то пожелал быстрого выздоровления, и комната опустела почти полностью — теперь в ней вновь находились лишь Альберт с Орэнсой. И поднимать голову Аль не спешил.

Он все ещё не собирался никуда уезжать. Но никто его мнением не интересовался.

Альберту очень хотелось уснуть, а потом услышать шепот Орэнсы и повторить то, что было между ними раньше.

Не засыпалось.

Орэнса копошилась рядом, что-то переставляла в шкафчиках, убирала со стола, поправляла букеты на стенах.

Вода в чашках стала коричневатой, по лечебнице пронесся запах летнего солнца и сушеных трав, и тогда Орэнса призналась:

— Актер из тебя плохой. Давай пить отвар.

То есть, она отлично понимала, что он не спит. И вторую кружку чая приготовила специально для Аля.  А не для какого-то там Володи.

И снова Альберт вспомнил о собственном капитане.

— И как капитан встретил эту новость?  — уточнил он, приподнимаясь.

— Лежи и не двигайся, — напомнила Орэнса.

— И как же пить тогда? 

— Я принесу…

Орэнса обхватила полную горячего отвара чашку обеими ладонями и вместе с ней подошла к Алю. Тот поспешил принять отвар из ее рук — мало ли, вдруг обожжется? Их пальцы соприкоснулись, и Альберт замер, не спеша тянуть чашку на себя.

— Так что же? — уточнила она шепотом.