Хозяйка замка Уайтбор

Наверняка Кеннет просто встречался с ней пару раз в Алькоре, и всё! Но откуда она столько знает о нём?

Она знала, какую музыку он любит, и какие книги ему по душе, и даже то, что самому вкусному чаю он предпочитает свой отвратительный чернильный кофе! Когда они успели так близко сойтись? Меня раздражало, что Эстрелья словно бы претендовала на такую близкую дружбу с Кеннетом, на какую могли рассчитывать только я, Батлер, леди Элейн и, возможно, Амброзиус.

Дьявольщина, откуда она вообще взялась? Свалилась на нас, как снег на голову! Я решила, что постараюсь видеться с ней как можно реже.

Это оказалось непросто. Кого бы я ни встретила в следующие дни, каждый считал своим долгом рассказать мне о мисс Рамирес. Все соседи были в восторге от ее воспитанных манер, образованности и музыкальных талантов, так что я чувствовала себя неловко, выказывая холодность девушке, которую все так превозносили. Эстрелья же как нарочно делала всё, чтобы нам подружиться: приглашения из поместья Гимлеттов сыпались одно за другим.

Миссис Дэвис едва успевала сочинять вежливые отказы по моей просьбе: «мисс Уэсли сожалеет, но больная рука лишает ее удовольствия поучаствовать в верховой прогулке», «мисс Уэсли просит её извинить, но боль в руке не позволяет ей присоединиться к музыкальным занятиям...»

Мой злосчастный локоть, ушибленный той роковой ночью, оказался таким удобным предлогом, чтобы пореже встречаться с настойчивой мисс Рамирес, что я даже подумывала затянуть лечение подольше! Но миссис Дэвис была начеку, и каждый день в десять утра в моей комнате появлялась Элспет со свежим компрессом.

Рука опухла как подушка и ещё побаливала, хотя обычно, занятая своими мыслями, я почти забывала о ней.

Больше всего настораживало, что от Кеннета не было ни слуху, ни духу. Неужели он спокойно торчал себе в Триверсе, зная, с каким нетерпением я его жду в Уайтборе? Или тоже заделался меломаном, подобно Джереми Хартману, и теперь наслаждается музыкой в салоне у Гимлеттов? Как назло, Кеннет музыку очень любил. Когда-то Кларисса Эмберли любила покрасоваться перед ним своим талантом, и теперь я боялась, что мисс Рамирес занимается тем же самым.

Кажется, у меня развилась аллергия на талантливых воспитанных барышень.

В эти дни поток времени, текущий сквозь замок, словно замедлился. Волшебство, окутавшее его в ночь Имболка, ещё не рассеялось, и в дальних комнатах и коридорах можно было уловить его отголоски. Раскрывая окно, я вдыхала странный чужой воздух, доносившийся с холмов.