Между мирами. Предыстория

– Я? Почему я?

– Я долго думал, прежде чем прийти сюда. Я не мог понять, почему меня так тянет к тебе. Я до сих пор не понимаю этого, но... Это чувство, что ты дорога мне, просто не даёт покоя.

Я посмотрела на Бельфегора, наклонив голову на бок, будто пытаюсь сказать: "Ой, да перестань!", на что он снова тяжело вздохнул и ещё больше напрягся. Очень сложно реагировать на подобные заявления, когда понимаешь, что всё его мировоззрение поменяется, когда он вспомнит события столетней давности. Вернись к нему память, он бы стал намного взрослее, ведь именно жизненный опыт формирует душу.

Но мне не по силам восстановить его воспоминания, поэтому я могу только поддакивать, улыбаться и играть с ним в людей. Разумеется, не будь это нужно и мне тоже, я бы этого не делала. Бельфегор спасает меня от тех душевных терзаний, которые я испытываю уже долгие годы.

– Есть причина, по которой тебя так тянет ко мне, эта причина в твоём прошлом, но сейчас ещё очень рано рассказывать тебе об этом, – ответила я наконец на вопрос Бела, не сказав толком ничего существенного.

– Скажи мне! Почему я всегда должен оставаться в неведении?

Я как всегда улыбнулась.

– Всё будет, но не сейчас.

– Почему нет? Пожалуйста, ответь мне! – кричал он, подобно ребёнку, просящему у мамы игрушку.

– Позволь спросить кое-что, – перебила я, всё равно не собираясь раскрывать больше правды. – Как я сказала, эта наша встреча далеко не первая, но тебе стёрли воспоминания обо всех остальных. В один из своих приходов ты рассказал мне, что тебе снятся странные сны.

Ты ещё видишь их?

– Да, каждую ночь. Они что-то значат? – забеспокоился Бел.

– Готова поспорить, ты видел в них меня, да?

– Да, именно так. Но тогда я ещё не знал тебя и не осознавал, что это ты.

– Эти сны – куски воспоминаний о событиях столетней давности. Это как раз то, чего ты не помнишь, но я не могу рассказать тебе об этом больше, это может привести к разрушению сознания.

– Разрушению… чего? О чём ты?

– Стирание твоей личности от переизбытка информации.

Потеря твоего «Я». Это очень редкое «заболевание», если его можно так назвать, но оно неизлечимо и убивает почти мгновенно.

– Мне кажется, у меня уже было что-то подобное, нет?

– Да, та боль, которую ты ощутил после спасения матери, была чем-то вроде «предпосылки» к разрушению сознания. Если бы я вовремя это не остановила, ты бы и вправду умер.

– Ужасно... То есть, если ты мне всё расскажешь, я умру?

– Я не уверена, но это вполне возможно.