Песнь Ветров

Шейна и файеры попали в засаду, устроенными ими.

Он заиграл желваками от разбивающей его злости, и Тень видела, что ему стоит огромных усилий, чтобы не разразиться бранью. Наконец спустя несколько тэ он взял себя в руки, глубоко вдохнул, а затем отошел от нее.

— Как я понимаю, тебе известно, куда они увезли Шейну? — он внимательно взглянул на Тень, та кивнула. — И взамен ты хочешь, чтобы я отпустил Ханну, не так ли?

Тень снова качнула головой.

— Я назову тебе место, куда р’шарры отвезли твою ненаглядную Шейну.

Тень была уверена в том, что, когда на кону что-то столь важное, Элазар торговаться не будет и безоговорочно примет её условия. Но внезапно Зверь хрипло рассмеялся в ответ на её требования.

— Ты думаешь, что после случившегося я поверю твоим словам? — и когда она нахмурилась, заговорил дальше. — Нет. Ты отправишься со мной, Тень. Как только я освобожу Шейну, тогда ты и Ханна можете проваливать на все четыре стороны. Если же ты вознамерилась меня обмануть, то — Элазар вновь шагнул к ней, — ты и столь обожаемая тобой Ханна горько об этом пожалеете, — заключил он с тонкой улыбкой, касаясь её лица.

Тень дернулась от его прикосновения, чувствуя, как к щекам приливает краска. Она прекрасно понимала, что Элазару глубоко плевать на судьбу Шейны и что на кон поставлено нечто большее, нежели жизнь предательницы.

Она чуть склонила голову набок, вглядываясь в его хищное лицо.

— Хорошо. Но с одним только условием.

Элазар улыбнулся, и во взгляде его мелькнул уже знакомый Тени отголосок торжества. Нисколько не сомневался, что Тень согласится. Он кивнул, принимая её условие:

— Будь по-твоему, лоат.

***

Р’шарры — «чернокожие». Раньше проживали на территории Плодородного полумесяца, на берегу реки Тар’ро. Однако с приходом файеров были изгнаны в пустыню Бушующих ветров.

Арро — уважительное обращение к старшему.

Энси — городской глава, дословно с первого языка переводится, как «господин».

V

Элазар не может отвести глаз от двух чёрных быков, тянущих за собой повозку, на которой возвышается массивный каменный саркофаг. Там лежит его отец. За повозкой неторопливо следуют плакальщицы. Они громко плачут, почти воют, заламывают руки, причитают — делают всё, чтобы Энтару услышал: великий правитель покинул их.