Призраки не умеют лгать

В её глазах была грусть, но не было ожидаемого торжества или хотя бы укора.

Наверное, поэтому я рассказала ей всё. Слова, мысли, действия. Хотелось, чтоб меня поняли, чтоб услышали. Оставить её в неведении неправильно. Она должна знать, кто к ней пришёл. Убийство – уголовно наказуемый поступок, так же, как и укрывательство.

– Почему ты пришла к нам? – спросила она, выслушав, и ни разу не перебив.

– Не знаю, – пожатие плеч заставило поморщиться, растревоженная рана отозвалась болью.

Настоятельница встала. В этот раз её рост и чёрные одежды воспринимались как само собой разумеющиеся.

– Мне уйти? – вопреки всякой логике голос дрогнул.

– А ты хочешь?

– Не знаю.

Монахиня села за большой письменный стол, перегораживающий полкомнаты, и вгляделась в моё лицо.

– Я могу укрыть тебя от мира, но не от тебя самой.

– И не надо. И от мира не надо, если за мной придут, значит, не судьба.

Я всего лишь обычная преступница, старающаяся избежать наказания. С трудом сдержав накатившую дрожь, я спрятала руки в карманы.

– Где твой кад-арт? – спросила монахиня, осмотрев шею.

– Остался там.

– Телефон?

– Тоже.

В дверь постучали.

– Войдите, – оторвалась, наконец, от моего лица настоятельница.

В кабинете появилась невысокая плотная женщина в тёмных одеждах. В одной руке – большая железная кружка, накрытая толстым ломтём серого хлеба, в другой – чёрная тряпка.

– Поешь, – настоятельница кивнула, и пришедшая поставила кружку на стол.

По комнате поплыл аромат какой-то душистой травы, и желудок требовательно заворчал.

– И голову покрой.

Рядом на столешницу опустилась косынка.

– Есть ли родственники, которых ты хочешь поставить в известность о своём решении?

Я закашлялась, подавившись зернистым хлебом, замотала головой и в два глотка осушила кружку то ли с настоем, то ли с отваром.

– Ладно, – настоятельница снова повернулась, – больше ничего не хочешь сказать?

Кругленькая монашка подхватила опустевшую кружку и отступила к двери.

– За мной охотится блуждающий, – равнодушно известила я. – Вы говорили, что живете в мире со всеми, и живыми, и мёртвыми?

– Как ты справлялась?

– Первую атаку отразили камни. У меня трио. Полный комплект.

Женщина у двери охнула. Ее лицо, фигура и даже жест, которым она прижала руку ко рту, казались мутно знакомыми. Да, трио камней редкость, но не такая, которой стоит бояться.