Призраки не умеют лгать

Гош был прав, по закону вход на полигон или арену смерти для каждого гражданина империи, независимо от тяжести деяния, был свободным. Просьба о скором суде удовлетворялась не позднее, чем через двадцать четыре часа с момента подачи. Это право гарантировалось лично императором. Каждый имел право на такую же смерть, на какую обрёк свою жертву или жертв. Ответственный наблюдатель провожал обвиняемого по длинному подземному коридору на огороженную площадку за городом, блокировал свою силу и ждал.

– Что с тобой происходит? – спросил Гош.

– Ничего, – Демон прошёл к своему столу. – Дело, черт его раздери.

– Ты всегда любил сложные случаи. А сейчас сам не свой. Девчонка?

– Так заметно?

Глава 13. Теория и практика (2)

– Нет, – ответил помощник. – Всё тот же грозный Демон, разве что чуть злее обычного.

– Хорошо.

– Ничего хорошего.

– Ничего не могу поделать. Новой дозы не предвидится, – усмехнулся собственной аллегории Дмитрий.

– Попытаться-то тебе никто не мешает?

– Говоришь, как психоаналитик, – вяло огрызнулся Станин, возвращаясь к работе.

Чрез час дверь открылась, и в кабинет впорхнула Эми.

– Ребята, знакомьтесь, Сорокин Борис Михайлович, профессор кафедры пси–моделирования[1] и очень приятный мужчина.

Гость, действительно, сиял «приятной» улыбкой и отсутствием более половины зубов. В остальном вошедший как нельзя лучше подходил под определение «профессор». Взлохмаченные, выбеленные временем волосы, очки, стекла которых крепились напрямую к дужкам. Серый костюм в тонкую полоску и плащ неопределённой расцветки.

– Здравствуете, молодые люди, – хорошо поставленным голосом, поздоровался Сорокин.

– Добрый день, Борис Михайлович, – Дмитрий не помнил такого преподавателя по академии, но распрощался он со своей альма–матер давно, да к тому же никогда не увлекался моделированием.

Профессор бросил на предложенный стул плащ и уселся.

– Что ж, молодые люди, отрадно видеть коллег, не гнушающихся знаниями.

Комплимент показался Демону донельзя двусмысленным.

– Меня интересует теория об оболочках, – не стал терять время псионник.