Дары Пустоты

Во внимательном взгляде Аттала читалось желание поделиться тайной давно минувших дней, но импульс прошёл и он снова вернулся к прежнему высокомерию.

— С тех самых пор как стало известно, что ты — Тёмный, пришлось отделить тебя от семьи, чтобы спасти других людей, в том числе и твоих родных, но важно другое. Наш благородный лидер, господин Гавриил наложил печать на ту мерзость, что вы, Тёмные, храните внутри себя. Эта печать бережёт мирян от Пустоты, а вас — от клейма убийцы. — Он закончил нравоучения и посмотрел на него как родитель на неразумное дитя.

— Если бы я знал, я бы…

— Что, именно? Знание — сила, это правда, а что если эта сила оказывается в неумелых руках? Ты бы принёс разрушения и страдания жителям своей страны. Разве этого желает твоё сердце?

Сейчас ты живёшь честной жизнью и помогаешь этому миру как можешь. Это лучшая судьба из всех возможных.

Беспокойство Микелы раздувалось стремительнее майской грозы. Все слова Аттала направляли его в одно безоговорочно верное русло, но он знал что может стоять за этими "мудрыми словами".

— Ну а боль? — потребовал он.

Аттал поднялся и приблизился, очень внимательно разглядывая его юное лицо.

— Боль — лишь предупреждение, что печать слабеет под тяжестью твоих дурных снов и скверных мыслей. Сила Пустоты огромна и способна сломить даже самую нерушимую крепость, если в ней появится брешь сомнений.

— Значит у меня нет и шанса.

— Не говори такое. — Аттал положил тяжёлую руку ему на плечо и чуть сжал её.

— В том то и дело.

Микела поднялся на ноги, откинув руку Аттала. Он догадывался, что говорил с кем-то выше инквизиции, но до сих пор не получил ни одного отказа в ответе, поэтому решил испытывать удачу и дальше.

— Я был в Пустоте, я был в том мире в моих снах. И я не видел тех ужасов, что вы описываете.

— Всё ты видел, Микела. — Огонь начал разгораться в глазах Аттала. Он развернулся и встал прямо пред ним. Ему хотелось, чтобы Микела послушно поверил и не задавал лишних вопросов.

На секунду Микеле показалось, что он знает про его стычку с Тёмным во время конвоирования.

— Пойми одно — всё, что Светлый Орден хочет, это чтобы ты научился жить с этой великой силой и верно служить нашей стране.