Дары Пустоты

— Если бы моё мнение что-то значило сидела бы я с вами?

Гордана не спорила и не спешила ничего доказывать, но тот холодный взгляд, которым она окатила госпожу Левински, говорил о финале этого разговора.

Утро следующего дня Микела встречал на парапете главного входа в храм, ожидая Дагилу. По распоряжению Горданы тренировка должна была начаться уже сегодня.

"Начало мая, — подумал он и вздохнул, глядя на распустившуюся молодую листву". За зарослями сирени, что сейчас жужжала и кипела жизнью, проглядывалась вдалеке беседка из белого камня с куполообразной крышей и прекрасными расписными колоннами.

Вчерашний разговор за ужином не прояснил тучи над его головой, скорее наоборот. Сама идея имперского Тёмного Ордена звучала абсурдно, невозможно. Но правда была в том, что если госпожа Левински не лгала, то его неведение выглядело вполне логичным. Зачем бы инквизиция стала рассказывать нарочным об этой истории с Тёмным Орденом? Зачем вообще тогда создавать нарочных? Чем больше Микела думал об рассказе госпожи Левински, тем сильнее верил в его правдивость.

— Господин Микела, — послышался тоненький девичий голосок за спиной.

Он обернулся. Хозяйкой голоса оказалась Кая, в чудесном платье цвета распустившейся сирени. Микела невольно улыбнулся ей и поднялся.

— Мне велели проводить вас на Арену к госпоже Дагиле. Пойдёмте, она не любит ждать.

Девушка повела его мимо кустов распустившейся акации, держась от него неприлично близко.

— Не называй меня господином — прервал он молчание. — Я тебе уже говорил, что я никакой не господин.

— В Асшексии все Тёмные важные и глубокоуважаемые люди, — быстро отмела его просьбу Кая.

— Сомневаюсь, что меня будут уважать. Я всё же имперец, — с горечью произнёс он.

Она нахмурились и попыталась поймать его взгляд.

— Будешь служить Владыке Асшекского государства и будешь почитаем до самой смерти, — утешала она.

Микела злобно зыркнул уголками глаз и ничего не ответил.

Место, что Гордана называла Ареной, представляло собой старый амфитеатр, чьи ступени потрескались и выкрошились. Из трещин нагло лезла молодая трава, а на другой стороне Арены рос мощный дуб, что вгрызался корнями в несчастные камни, и затенял почти всю территорию.