Дары Пустоты

— Не думаю, что асшексы устроят мне тёплый приём, учитывая моё происхождение.

Дагила одобрительно кивнула его словам.

— Вы думаете асшексам будет важно ваше происхождение? — хмыкнула госпожа Науми и посмотрела на Гордану.

— О, разумеется очень важно, — вдруг включилась в разговор госпожа Левински. — Посмотрите на судьбу тех Тёмных, кому не посчастливилось родиться в Асшексии, на Александра например.

— Вы много знаете об Ордене, госпожа Левински, — то ли упрекнула то ли восхитились её собеседница.

— Знаю. Я знала ещё имперский Тёмный Орден, дорогая моя, так что мне есть с чем сравнить, — гордо заявила она.

Гордана хотела что-то возразить, но Микела опередил её.

— Имперский? — изумился он и уставился на госпожу Левински. — Имперский Тёмный Орден?

Старушка вздохнула и прикрыла глаза, будто вспоминала самые мрачные времена своей жизни. Гордана повернула взгляд на Дагилу, но та лишь ухмыльнулась и покачала головой.

Госпожа Левински сделала глубокий вдох и начала рассказ, скрыто наслаждаясь всеобщим вниманием.

— Во времена моей молодости, правителем был Крипол I, отец нынешнего правителя Империи. Два Ордена было у него во служении. Откуда он их взял одному Безликому известно.

— Тёмные старейшины знают, только вряд ли расскажут, — вставила своё пояснение Дагила.

— Два Ордена как две руки, — продолжила госпожа Левински чуть погромче, возвращая внимание на себя. — Светлый помогал народу. Болезни, голод, смерти: везде было им применение. Лучшие служили во дворце лекарями. Тёмный же Орден был праведной десницей, мечом в руках Императора.

На кого перст имперский указывал, того они и карали, поэтому и не было в Империи ни восстаний ни смуты. Но в один день всё исчезло словно и не было никогда. Удивлялись мы куда Тёмные делись, но все лишь плечами пожимали. Убили их и забвению их имена предали.

— А через два года война началась, — покачала головой Дагила.

— Верно. И развалилась Империя на осколки, — закончила госпожа Левински и драматично вздохнула.

Все затихли. Микела воспринял эти слова очень близко к сердцу.

Он никогда раньше не слышал ничего похожего об Империи и сомневался в достоверности рассказа госпожи Левински.

— Я вижу вам нравится страдать сегодня, —усмехнулась Гордана, окинув взглядом притихших гостей, а затем поднялась с места намекая на окончание праздника.

— Ты думаешь, это всё неправда? — возмутилась госпожа Левински, также поднимаясь со стула.

Хозяйка храма обернулась и внимательно посмотрела на собеседницу.