Дары Пустоты

— Почему вы назвали эту старуху тетей? И откуда вы знаете как зануда по-асшекски? — Давлад задавал вопросы, с осторожностью подбирая слова, понимая что узнает секреты императорской семьи.

Лукьян остановился и погрустнел. Горькие воспоминания о доме, о презрении отца наполнили душу. Он поднял взгляд на капитана, но не увидел алчного любопытства.

— Ты не знал, что моя мать из Асшексии?

Давлад помотал головой. На самом деле он никогда и не задумывался о происхождении членов императорской семьи. В его понимании эти люди были на порядок другой выше остальных и поэтому, дурные мысли о них были просто-напросто непростительны.

— Да, — вздохнул Лукьян, предаваясь печали в полной мере. — Это была попытка сгладить острые углы. Страны были на грани войны и такой союз должен был примирить их. Но Асшексы восприняли этот брак как еще одну попытку подмять их страну под молот Империи и взбунтовались. Война началась через год после свадьбы.

— Да, это я знаю, — понурил голову капитан.

— Национальность моей матери никогда и нигде не упоминается.

Они дошли до таверны, но цесаревич не торопился заходить внутрь.

— У тебя есть брат? — спросил Лукьян, вспоминая слова тетки.

— Был. Он изгнан. — Давлад ответил сразу же и нарочито холодно, но его скулы вытянулись в струну и он начал избегать прямого взгляда.

— Изгнан? За что?

— Когда ему было шесть, Тёмный дар пришел к нему. Позже пришли из Светлого Ордена и забрали его, — рассказал Давлад с открытым презрением, хотя всё ещё пытался сделать лицо обычным.

Лукьян удивился манере с которой он говорил о потерянном младшем брате, потому как сам имел старшую сестру и знал, что она искренне любит его.

— Ты не искал его?

— Зачем? — вспылил Давлад. — Вы же знаете, что эти подонки могут! Посмотрите на тех троих из Севграда, на Легой, на Империю!

Гнойная старая обида стояла за этим рассказом и Лукьяну не захотелось продолжать.

— Я понял. Пойдем внутрь.

Чарующие ароматы пирога ударили по носу как только они открыли дверь. Посетители понемногу наполняли таверну и хозяйка заведения с видом гордой птицы следила за порядком. Она заулыбалась увидев Давлада, а он вежливо поклонился. Эзрад, Айко и Савел сидели за столиком в тени угла и выглядели мрачнее тучи.

— Где вы были? — пробасил Эзрад и с упреком глянул на капитана. — Давлад как ты мог...

— Неважно, — перебил его Лукьян.