Я - Божество

Не поверит и мой антикомпатриант, антисоратник, уж и не знаю, как охватить одним словом одновременно и нашу общность, и разнополярность. Не поверит.

Для этого нужна вера и преданность, а не подчинение или поклонение.

Преодолеть страх конца собственного существования может только тот, кто верит. А тот, кто требует доказательств, навечно прикован к якорю бытия, потому что доказательства имеют смысл только здесь.

Вера – единственная категория, ведущая через смерть дальше.

Вера–лакмусовая бумажка, тест на присутствие в индивидууме зародыша, способного существовать в новой реальности.

Эту метафизику можно забыть.

Главное, что мне мало уничтожить или подчинить себе того, с кем я сражаюсь: надо заставить его поверить. Поверить. А это гораздо сложнее... Не было ли допущено ошибки? То, что происходит, и то, что произошло – есть сумма моих планов и замыслов, их маскировки от силы, пытающейся уничтожить меня, и следствие взаимовлияния реальности, спланированной мною, на самого меня.

Замкнутая сама в себе система.

Можно ли в принципе правильно предопределить поведение описанного комплекса бытия?

Мне пора встретиться с моим врагом.

Я ускорил шаг на плавном загибе аллеи.

С каждым пройденным метром коридор стволов распахивался впереди. Вон показалась очередная облупившаяся деревянная скамейка.

Кто это сидит там вполоборота прочь от меня, облокотившись одной рукой на спинку, и разглядывает даль аллеи? Кто это слышит мои шаги позади себя, но полагает себя настолько сильным, чтобы не оборачиваться и не глядеть на меня? Кто это может позволить себе быть таким безмятежным? Кто это может так мастерски не задумываться и не ждать нашей встречи, которая может оказаться и концом, и началом, и продолжением? Кто это с выдержкой камня и самомнением повелителя всего и вся?

Нас разделяет расстояние в один метр.

Я вот-вот дотянусь руками до его плеч, разверну лицом к себе, и наши глаза сцепятся в апофеозе узнавания, в апогее ненависти, в кульминации борьбы.

Кто это – он или она?!

Виктор, Маша, Александра, Таня, Олег, а, может быть, я?

Кто это, и чью личину он примет, пытаясь обмануть меня?

* * *

Несколько дней спустя в Москве на похороны Виктора ни Александра, ни Мария не пришли.

И на поминках спустя сорок дней они не появились.

- Этого следовало ожидать, - произнёс Олег, мельком отвлекаясь от записей Виктора, и снова углубился в работу.

- Олег, ты сходишь с ума в поисках того, чего нет в этих графиках, цифрах и значках! - беспокоился я.