Та, что превращает время в пыль

– Оо, и кто он?

– Не хочу загадывать, но, кажется, это серьезно. Его зовут Бен. Я вас познакомлю. Попозже.

Если так говорила моя несерьезная подруга, то я была склонна ей верить. Дикси уже давно была одна – лечила разбитое изменой любимого сердце. И несмотря на ее сверх откровенные наряды, плохие привычки (включая привычку отлынивать от работы) и полное отсутствие голоса, она была хорошим человеком, и я надеялась, что у них с Беном все сложится.

В смешанных чувствах я положила трубку.

Селин – Кристиан – Орхидея – Селин – безумная карусель. Верить в призраки – это одно. Но верить в то, что в Ант-Лейке живет женщина, которой исполнилось более ста пятидесяти лет… Нет. Невозможно.

С такими мыслями я и легла спать, и еще долго не могла уснуть, ворочаясь и сбивая под собой простынь. А в голове беспрестанно крутилось: «Невозможно. Невозможно».

Глава девятая

Трех прочитанных писем мне хватило, чтобы понять – Кристиана бросила его Орхидея. Селин не отвечала на письма Кристиана, даже не открывала их.

Почему? Куда исчезла любовь, казавшаяся такой сильной? Эмоции, которые пропитывали писчую бумагу, словно передаваясь мне? Страсть и нежность, сплетенные воедино…

Хотя его любовь не исчезла, но что случилось с ней, Орхидеей?

Кристиан все равно знал, что я прочла его первую переписку с Селин, поэтому я решила прибегнуть к последнему способу хоть что-то понять в этой истории любви. В очередном послании я попросила Кристиана описать его Орхидею.

И ответ пришел, но был странно сух и сдержан. Возможно, в этот миг он вспоминал, как они расстались? Любопытство мучало меня, но я не стала бередить его раны – вдруг Кристиан до сих пор ее любил?

Описание совпадало до мельчайших деталей – вплоть до черных блестящих волос до середины спины и приколотой на платья броши с орхидеей. Карие глаза – как и у той Селин, что знала я. Но всему этому могло быть простое объяснение – гены. Правда, прошло уже почти два века.

..

Пазл не сходился, и я предприняла последнюю, отчаянную попытку хоть что-то понять – попросила Кристиана нарисовать лицо его Орхидеи. Он отказался, но я была настойчива, и в конце концов одержала вверх. И, глядя на рисунок, ошеломленно качала головой.

Это была она. Клянусь, это была она.

Рисунок я показала пришедшей ко мне в гости Дикси, и на долгое время в «Лавандовом приюте» повисла мертвая тишина.

– С ума сойти.