Малиновый запах надежды

Первой моей мыслью было проигнорировать его, перешагнуть, как грязь, и забыть. Но Лелик уже заметил его:

– Смотри, Саш.

Я думала, что в конверте, как обычно, окажется очередная туманная записка, не дающая никаких объяснений. Но когда я взяла его, по весу поняла, что в нем находится какой‑то предмет.

– Что это? – нахмурился Леонид и протянул руку, чтобы взять у меня находку. Но я уже нетерпеливо надорвала край конверта и достала наручные часы.

Часы Тима.

Я узнала их сразу – «Командирские», доставшиеся ему от отца, с потертым кожаным ремешком и желтоватым пятном на циферблате.

– Что это, Александра? – нетерпеливо повторил Лелик.

И я, сглотнув подступивший к горлу комок, ответила охрипшим голосом:

– Часы.

– Это может быть опасно! – воскликнул вдруг Леонид.

Наверное, провел странную параллель между обычными наручными часами и взрывным устройством. Тяжела же жизнь бизнесмена…

– Это обычные часы, Лелик, – тем же севшим голосом пояснила я.

Если бы это были «просто часы»…

– Что они тут делают? Зачем их тебе подбросили? Надо разобраться. Александра, дай мне их!

Лелик, все еще не избавившись от подозрений, требовательно протянул ладонь. Но я сжала часы в кулак:

– Нет! Не надо разбираться! Я знаю, кому они принадлежали.

– И? – выжидающе спросил он.

Оставлять вопросы невыясненными Леонид не любил.

– Одному знакомому человеку. Лелик, ты не волнуйся, я сама разберусь. Это мое дело – узнать, кто и зачем подбросил мне эти часы, – ответила я довольно резко и, похоже, обидела его.

Мы еще немного поспорили, стоя на пороге квартиры. Леонид, встревоженный моей заметной нервозностью, хотел войти и побыть со мной. Я же уговаривала его оставить меня одну.

– Ладно, Мартышка, как хочешь, – с тяжелым вздохом сдался он после долгих уговоров. – Но позже я тебе позвоню, спрошу, как ты.

– Хорошо.

– До встречи, – нехотя попрощался он и, поцеловав сухими губами меня в щеку, ушел.

Я вошла в квартиру и, бросив пакет с повседневной одеждой и сапожками прямо на пол, с облегчением сняла новые туфли и прямо в куртке, наброшенной поверх вечернего платья, прошла в ванную.

Отвернув оба крана до упора, я присела на край ванны и вытащила из кармана часы. Стрелки замерли, показывая без четверти восемь – то ли утра, то ли вечера.