Вендетта

Что за дело иноре Кавалли до привлекательности моего брата?

 — Зашел воды выпить, — ответила Франческа, с удовлетворением наблюдая за задумчивостью кухарки.

 — Выпил? Вот и пойдем. Не будем мешать достойной иноре заниматься обедом. Ты ее отвлекаешь.

 — Инора Леонция — настоящий эксперт, ее простыми разговорами не отвлечешь, — парировала Франческа.

Но воду из стакана допила со всей поспешностью. Правда, пить не хотелось, но если уж сказала, придется помучиться. Так, с кухаркой поработали, теперь нужно заняться другой стороной.

 — Роберто, сколько лет твоему брату? — спросила девушка.

 — Двадцать семь, — немного удивленно ответил Санторо-младший. — Дался тебе Ченцо! С чего вдруг ты им заинтересовался?

 — Странно, что он еще не женат. Тебя в двадцать один год чуть не женили, а он так и ходит холостой, — отвечала Франческа. — Непорядок.

Пожалуй, двенадцать лет — не так уж и много, история знавала примеры союзов с куда большей разницей в возрасте, хотя, конечно, обычно в пользу мужчины.

 — Ченцо слишком ответственно относился к учебе. Потом встретил Лауру и сразу влюбился. Она долго не соглашалась на помолвку, которую в конце концов сама и расторгла. Если честно, я рад, что брат на ней не женился.

 — Почему? — автоматически поинтересовалась девушка.

 — Что-то в ней есть неприятно-лживое. Как-то она оттолкнула нашего старого Беппо, когда думала, что на нее никто не смотрит, а за полчаса до этого утверждала, что в жизни не видела более замечательной псины.

 — Брату ты говорил?

 — Смысл? Сама подумай, какой выбор он бы сделал между невестой и собакой. Даже мог мне не поверить. Он считал Лауру чем-то таким воздушно-неземным... Она писала плохонькие стишки и любила рисовать акварельки. Акварельки, на мой взгляд, тоже были не очень.

 — Не любишь девушек, пишущих стихи? — усмехнулась Франческа.

 Роберто задумался, но ненадолго.

 — Не то чтобы не люблю, — ответил он. — Обычно эти дилетантские стихотворения ужасны для восприятия. А их приходится не только слушать, что само по себе тяжелейшее испытание для моих ушей и мозга, но и хвалить так, чтобы поэтесса не обиделась. Поверь, последнее — самое сложное. Скажешь что-то не то — и все, будет дуться неделями безо всяких объяснений, что именно сказано не то и не так. Нет, на девушке с подобным увлечением я бы не женился.