Вендетта

— Главное, чтобы у нее сил к вечеру не оставалось, да и мыслей в голове поменьше было. Но не передавить, а то точно сбежит. Что бы ей еще такого задать? Пожалуй...»

 — Я приду к обеду, так что с вас суп, — заявил капитан. — Только никаких харчевен. Сами делаете.

 — Ченцо, — взвыл Роберто, — я же тебе говорил, что готовить мы не умеем! Оба.

 — Приготовить суп несложно, — отрезал старший брат. — Берете половину курицы, отвариваете до мягкости, добавляете овощей, крупы какой-нибудь и специи. Все это есть на кухне.

 — На первый взгляд, ничего, — неуверенно ответил младший. — Но мой внутренний голос буквально кричит о каком-то подвохе.

 — Да какой подвох может быть в супе, сам подумай. — Винченцо ободряюще похлопал брата по плечу. — Все, остаешься за старшего.

 На территории гарнизона капитан первым делом отправился к целителю. Тот, увидев такое стремительное улучшение пациента, довольно сказал:

 — Все-таки обратились за помощью к родным покойного? И правильно сделали.

 — Мне ничего не пришлось просить. Они сами, — ответил Санторо. — Только вот не удовлетворите ли вы мое любопытство? Что именно добавили в мазь?

 После несложных манипуляций целитель заключил:

 — Кровь очень близкой родственницы. Скорее всего, матери или сестры.

 — Значит, все-таки сестра, — заключил Винченцо. — Интересно, что ее побудило это сделать?

 — Возможно, пожалела вас, — предположил его собеседник.

 На его предположение капитан Санторо только усмехнулся.

 От целителя Санторо отправился к начальнику гарнизона и доложил:

 — Инор полковник, личность девушки установлена. Шпионкой она не может быть, так как еще четыре дня назад жила в родительском замке и никуда не выезжала.

 — Тогда что она здесь делает?

 — Приехала, чтобы отомстить мне за смерть брата.

 — Нужно срочно сообщить ее родителям.

 — Инор полковник, пока не нужно. Вы же знаете, что они с моим братом должны были пожениться, но оба сбежали. Нужно дать им возможность получше узнать друг друга, сблизиться. Поэтому я решил только вам сообщить, и то потому, что вы считали ее орочьей шпионкой.

 — Рискуете, Санторо, — недовольно сказал полковник и покрутил шеей в тесном форменном воротнике.