Академия Избранных - 2. Злая Кровь.

На первый этаж мы спустились почти что бесшумно. Пока Ядвига тихонько подкрадывалась к входной двери, я быстро сунулась к висевшим на крючках вещах и нащупав в кармане чашу, не стала ее доставать. Не идти же с ней ночью по улице, чтобы светить бесценным артефактом. Поэтому недолго думая я одела эту куртку на себя, сразу став похожа на пугало, поскольку ею можно было обернуться два раза.

Увидев меня в таком виде, Ядвига буквально уронила челюсть:

- Зачем ты…

- Давай все вопросы ты задашь мне потом, - оборвала я девушку и продемонстрировала краешек Сангреаля.

Ядвига тут же сообразила, что это такое и хотя не поняла, как он оказался у меня, но вопросов пока и правда не задавала. 

Выглядывали мы на улицу очень осторожно, поскольку от неизвестности и бурного воображения было страшнее, чем от реально возможной опасности. Но в этот раз все обошлось, мы без приключений добрались до оставленной на другом конце Сатамашто лодки и на всех парах помчались в академию. Я – прижимая к себе Сангреаль, хотя на самом деле больше всего мне сейчас хотелось бы бросить его в воду, чтобы больше никого не украли и не убили из-за него.

Пока мы плыли, я рассказала подруге все, что знала об Алексисе и его предках, о Сангреале и своих метаниях по поводу артефакта. Когда я посмела закинуться, что хочу воспользоваться чашей только один раз и передать ее кому-нибудь другой с глаз долой, пусть даже в тот же Орден, она сильно возмутилась моей покладистостью.

- С ума сошла? Из-за нее столько людей погибло, а ты собираешься ее так легко выбросить! Тем более ты сама сказала, что она увидела в тебе свою истинную хозяйку. Так храни ее как зеницу ока и молчи об этом, никому больше не говори. И я молчать буду, от греха подальше.

- Убили, - рассеянно подтвердила я, - если у того, кто следит за Алексисом, и пытал его, зародиться хоть одна мысль, что Сангреаль могла забрать я, то в ближайшее время гостей придется ждать уже мне.

Ядвига прищурила мягко светящиеся в темноте глаза, словно была кошкой, а не человеком:

- Боишься? 

В пору было удивиться такой постановке вопроса и очень хотелось, бравируя, сказать «нет», но врать я не любила, хотя и приходилось иногда скатываться до этого уровня. Сейчас, если ничем не прикрываться, просто не проживешь. 

- Опасаюсь, я, знаешь ли, еще в утробе поняла, что хочу жить, иначе бы не родилась.