Академия Избранных. Сангреаль.

– Потом все поймете, что сейчас сказали. Как вас зовут?

- Ральф фон Озрельн, прибыл из города Таготе, одного из замков Ордена Храма.

Артур Уайт удивленным не выглядел, но все же поинтересовался:

- У храмовников есть своя собственная академия, очень толковая, почему же вы решили не идти туда?

Ральф, смотря ректору прямо в глаза, спокойно, как на лекциях отвечают заранее выученную тему, ответил:

- Я уже закончил ее. Кроме того, я убежден, что защита заключается не только в том, чтобы окапываться и сдерживать врага, но и нападать.

Артур молча кивнул и пригласил следующую пятерку абитуриентов. Я проводила странного юношу пристальным взглядом. Это брат Вернера или его сын? Я понимаю, что здесь все стареют гораздо медленней, но все равно было дико видеть, что отец может быть внешне ненамного старше собственного сына. Хотя я уже и не сомневалась, что этот Ральф и есть сын комтура, по крайней мере, он говорил, что у него имеется отпрыск, который собирается учиться.

Но если это он, то парень наверняка станет докладывать папочке о каждом моем шаге. С них обоих еще станется мешать мне в изучении вопроса и Переходе, чтобы я не смогла уйти домой, когда придет время. Я не идиотка, прекрасно понимаю, что им что-то нужно от меня помимо простой заботы, мол, все делается ради меня. И если мои корни идут именно из этого мира, то и жить мне лучше здесь.

- Ну и что ты сидишь? – вдруг шикнул Леонард и легонько пихнул меня в бок, - твоя очередь.

За три часа сидения я уже просто ничего не видела и не понимала, что происходит. Встав, я пошла на поле на негнущихся затекших ногах к вожделенной колоде. Если это Таро господина Уайта сейчас сделает вид, что меня нет, то я просто не знаю, что с ней сделаю. Я совсем не хочу показаться скандальной особой, особенно при такой публике, но иногда по-другому просто нельзя.

Вперед меня вышел красивый статный парень, ему достался Туз Жезлов. Идущие следом две девушки тоже не остались без подарков в виде карт, им выпала Верховная Жрица и Двойка Кубков. Шедшего за ними черноволосого паренька начало потряхивать, и я его прекрасно понимала: еще ни в одной испытуемой пятерки не было больше трех избранных.