О чём мечтает весна

Лада заключила, что слова её обдумывает. Когда вновь заговорил, то не о любви речь пошла, а о власти:

— Права щука была, наказав мне за тобой последовать и помогать тебе. В деле этом я и сам познанием преисполнился. Приковали меня вседозволенность и вседоступность к печи. Пожелай — всё исполнится.

И в самом деле, к лени ведёт возможность повелевать исполнителем желаний, да к такой лени, что без чар и магии не достичь её.

— А чему ж ты от меня научился, Емельян? Вере в любовь?

— Нет, Лада, тому, что желанное перестаёт им быть, когда на блюдечке с голубой каёмочке подаётся.

— Не учила я тебя такому, брось.

— Нет, Лада, не сомневайся, урок этот тобой подан. И не только он. Пример твой ярче простого наставления. Ты с себя добро начинаешь. Лично его несёшь, и мир вокруг тебя меняется. Подходит имя тебе твоё. Весна. Ты снег вокруг таять вынуждаешь, свет излучая.

Смутил Емельян Ладу, бесспорно, но его слова и вдохновили её. Вера в то, что не всё потеряно, укрепилась в ней, и Лада ещё уверенней зашагала через дебри, по колени проваливаясь в снег.

Она смогла отыскать опушку, где осенью повстречала кобзаря Селева Селивана, который оказался Лешим. В этот раз на месте том, где празднично одетый высокий мужчина играл на рожке, скрипело корой и ветками заледеневшими могучее древо.

— Холодно тебе, дух лесной? — обратилась Лада к древу.

Расправив руки-ветки, оно переменилось. Голова с рогами откуда-то выросла и грозно загорланила, как горланят лоси.

— Вижу, что холодно, прости меня, — Лада поклонилась. Емельян последовал её примеру.

— Не напугал тебя, де́вица? — прокатился эхом знакомый голос.

— Дикие места эти в Муроме недобрыми слывут, и много суеверий ходит об обитателях здешних, но пробудились те, кто в топях северных спал да в Нави. И их хоть бойся, хоть не бойся, а они нагрянули на Русь-матушку и извести всех хотят. Ну как, не напугала я тебя, Леший?

Посмеялся он от души.

— Весна красна, весна несёт добро.

— В Чернигове была, дух лесной. Любовь свою всё искала. И нашла, как ты мне и пожелал, — Лада поклонилась древу-Лешему ещё раз, до самой земли.

— А я свою отыскать не смог.

— Не мудрено, дух лесной. Боги руку свою приложили к этому, слово своё да власть. Сварог и Амелфа Зимувовна, матушка твоя, против твоей любви были. Однако я знаю, где твоя суженая. И она о тебе теперь знает.