О чём мечтает весна

— Как зовут же тебя, сударь?

— Все по-разному, де́вица. Кто Селевом, кто Селиваном величает, кто стариком-боровиком, а кто Лешим. Разным я всем вижусь и по-разному в душах их откликаюсь.

Пошутил ли он сейчас?

«Дух ты лесной или нет, но и вправду не боюсь я сейчас ничего».

— Надеюсь, ты найдёшь свою любовь потерянную, — сказала Лада Селеву-Селивану Лешему на прощание.

— И ты, де́вица! — догнали Ладу эхо и тихая мелодия рожка.

Она вернулась в посад к полудню. Переживала за дела, без управы оставленные, в дом родной явилась, голову склоняя.

Матушка встретила ласково, обняла и пожалела. От того на душе молодой ещё горче сделалось. Сестрицы и братцы смотрели сочувственно, прицыкивали и ахали. Отдыхать велели сегодня.

А Ладе маянье не по нраву пришлось. Совет ей нужен был, а не утешение и жалость. И пошла за ним она к деду Демьяну.

Сосед плёл лапти, а его внук бегал неподалёку, размахивал палкой и выкрикивал угрожающие кличи.

— Печенегов сражает или половцев? — Лада кивнула на Еремея и присела на скамью рядом с дедом.

— Половцев окаянных. Они, супостаты, село наше сгубили. Но печенеги не лучше.

Лада вздохнула, не зная как лучше начать разговор:

— А я тоже задумалась о том, чтобы выйти в поле бранное. Не столь нежданно, как Ярослав меня одну оставить решил, но столь же яростно.

Демьян отложил лапоть, посмотрел как на юродивую:

— Вот умная ж ты девка, Лада, да всё туда же...

— Куда туда, поди, ещё кто в Чернигов собрался?

— Да не туда. В дурь свою девичью. Ох, Лада-весна, не видала ты боя, не лила крови ни своей, ни чужой.

Красна война только на устах кобзарей наших да скальдов варяжских. А на деле — это худо хлестче бабьего горя и всех печалей выдуманных. Вот где беда, вот где мужская доля. Ежели наслушалась где-то о жёнах викингов, что в походы бок о бок с ними ходили, так брось это. Ты дева русская. Не заставь меня пожалеть, что показывал как меч держать нужно. Не для того я это делал, чтобы ты в походы с дружинами княжескими ходила.

— Я девой старой останусь, дед Демьян, теперь.

Кто же меня в жёны возьмёт, кто засватает? На смех поднимут. Как мне здесь оставаться?

— От этого бежать собралась? От хохота бабьего и взглядов косых? Уж чего получше придумала бы. Сказала б, что работать умаялась, да семью тянуть на плечах своих.

— Божена и Смиляна уже выросли, и Неждана — помощница золотая. А Федот, Захар, Гордей и Наум — рукодельники. Не пропадёт семья без меня, если я в Чернигов уеду.

— Больно мне упрямство твоё не нравится, Лада.