Любимая ведьма герцога

Бедняга, ему-то слух никак не защитить!

Когда на площади образовалось некое подобие порядка, глашатай сделал знак опустить щиты и продолжил свою речь:

— Добрые народы Рагрэйна, вы требуете доказательств, и мудрейший император Асш Хар Шиар готов их вам предоставить! В тайном зале глубоко под замком мы нашли свидетельства темной магии! Смотрите же, каких жутких тварей призвал из самого сердца тьмы опальный владыка Эрхард! — Змеелюд подал знак, и с повозки упала прикрывающая ее темная ткань.

Глава 15

Я, не удержавшись, ахнула вместе с толпой, после чего на площади повисла тягостная тишина.

На повозке лежала груда тел поистине ужасающих своих видом существ. Два змеелюда подхватили одно из тел — видимо, в одиночку его было не поднять — и протащили перед отшатнувшейся толпой.

Я вытянула шею, чтобы лучше рассмотреть непонятного зверя. Рыхлое тело гиены венчала крупная, вытянутая голова, хаотично усеянная застывшими, смотревшими в небо глазами разного размера. Я насчитала не меньше пятнадцати.

Из открытой пасти, где виднелись острые, будто зубья пилы, клыки, вывалился длинный синеватый язык. У существа было шесть мощных лап с жуткими загнутыми когтями — настоящий хищник, опасный и безжалостный. И хотя я взяла себе за правило никогда и никого не судить по внешности, внутри все сжалось от страха и чувства гадливости.

Именно этого я и опасалась — чужая земля, неизвестные народы и непонятные существа… Мне еще сильнее захотелось обратно, в свой мир, где у обычного городского жителя шанс повстречать опасного хищника сведен к минимуму, а уж создание, подобное этому, и вовсе равен нулю!

— Смотрите, жители Грэймхира! — продолжал вещать глашатай, пока его помощники показывали публике жуткого монстра.

— Вот каких существ собирался натравить на вас опальный владыка Эрхард! Но змеелюды с помощью верных союзников предотвратили беззаконие! Да здравствует справедливый император Асш Хар Шиар!

На площади стало так тихо, что я слышала, как трепещут крылышки кружащихся рядом фей.

— А где же сам владыка Эрхард? — громко спросил высокий бородатый мужчина в кожаном фартуке кузнеца.

— Опальный, — глашатай выделил голосом это слово, — владыка Эрхард — трус! Он не смог достойно принять смерть, бросил своих людей и бежал из замка!

— А я смотрю, политика одинаковая в любом из миров. Очернить конкурента перед избирателями — милое дело, — пробормотала я. Арх что-то пробурчал, но я не расслышала, потому что в толпе намечалось волнение.