Попасть в сказку и не выйти замуж?

- Ну, что Вы! Я ничего плохого не имел в виду.

Понятия плохо и хорошо являются относительными. Поросенок, фаршированный яблоками – это же хорошо! Ну, а если посмотреть на этот кулинарный шедевр с точки зрения поросенка? И что-то мне подсказывает, что меня тоже будут пытаться фаршировать до упора.

- Моя настойчивость связана только со страхом за здоровье сына. Вы, как мать, замечательного ребенка, можете меня понять и войти в мое положение. Отчаяние толкает меня на чрезвычайные меры, – голос царя был полон печали, в глазах стояла неисчерпаемая тоска.

Захотелось повыть, но я сдержалась, так как его печаль и отчаяние напоминали асфальтоукладочный каток, мчащийся на меня маленькую.

- Я всей своей душой сопереживаю ВАШЕМУ горю, и, как мать, глубоко сочувствую. С ВАШИМ сыном случилась вселенская несправедливость, – печально потупила я свои глазки.

Не, ну, конечно, Елисея жалко. Как оказалось, парень он не плохой, в расследовании участвует азартно, к бабушкам и ко мне относится с уважением, с Ваняткой моим возился ответственно, зверюшек навырезал.

Узурпатор власти, увидев, что на контакт я не пошла, подошел ко мне и уселся рядом на солому, а с другой стороны печально сопел царенок.

- Маша, если ты поможешь нам Елисея расколдовать, я для тебя все, что хочешь, сделаю, – тоскливо проговорил царственный отец.

Верить этим словам было, конечно, сомнительно, когда это люди, облаченные властью, свое слово держали? Чаще обходными путями пользовались.

- Неужто, и домой вместе с Ванькой отпустишь? – закинула я удочку.

Он печально опустил голову и проговорил:

- Отпущу.

Ох, как-то не понравилось мне это «отпущу»! Это ж, какие у тебя на нас с Ванюшкой планы, царь-батюшка? Но самостоятельно из этой сказки нам с сыном не выбраться. Придется помогать.

- И чем же я тебе подсобить смогу? – решила я поинтересоваться у самодержца, пока он это допускает.

С супостата сразу же слетел налет печали и тоски, теперь рядом со мной сидел деловой и решительный мужчина, наделенный абсолютной властью.

- Поднатужься, да и расколдуй моего Елисея! – выпалил упертый царь.

- Я когда в крайний раз поднатужилась, у меня Ванька родился. Надо что-то другое думать! – парировала я.

Государь внимательно на меня посмотрел, неспешно прошелся взглядом по фигуре и особо задержался на попе.