Невольница Альфы

— Нинель, вы себя ведете так, будто не с непредвиденными обстоятельствами столкнулись в виде вируса, а пару миллионов украли.

— Я ничего не крала! — икнула та.

Ибусов вздохнул, прикрыл глаза на несколько секунд.

— Ладно. Все это, — обвел руками кровать и бумаги, — меня не касается. Это ваши личные проблемы. Но мне нужно, чтобы вы дали комментарий по поводу эпидемии. Вы будете делать только то, что скажу я. Расскажете, что полностью остановили доставку всех посылок, прошедших на ваш склад. Возьмете на себя все убытки.

— Но… но это же убытки! — пискнула директор. — Я не могу на это пойти, у меня обязательства!

— Мне плевать на ваши обязательства, — Георг улыбнулся жуткой акульей улыбкой, от которой не по себе стало даже стоявшей сбоку от него мне.

— Я работаю не с вами, а с вашим франчайзером, владельцем бренда «Мята». И если мы сейчас не будем действовать решительно, то непоправимый вред будет нанесен всему бренду. Вы уверены, что готовы к таким убыткам? За которые будете ответственны тоже вы.

Стоявшая ближе всех к Ибусову девушка со шредером заискивающе залепетала:

— Георг Гаярович, мы очень благодарны вам за то, что специалист такого высокого уровня, помогает нам, но…

— Никаких «но». И готовьтесь к вопросам, почему вы не остановили посылки сразу. У вас есть на это ответ?

— Скажу, что дала команду в самом начале. Но наш штатный сотрудник, ответственный за работу с системой, не среагировал вовремя…

— Госпожа Давыдова! — воскликнула девушка за ноутбуком.

— …и за свой проступок уже уволен, — закончила Нинель повышенным тоном, перебив девушку. — Мы сможем стребовать убытки с нее?

— Но… я ведь так рассчитывала, у меня семья… учеба… госпожа Давыдова. Прошу вас, — девушка чуть не плакала.

— Да, она давала такое поручение… — тут же среагировала девушка со шредером. Два других сотрудника поддакнули.

От происходящего на моих глазах беззакония захотелось накричать на эту Давыдову. Да как она может вот так подставлять своих же?!

Я во все глаза смотрела на оборотня — неужели он ничего им не скажет?

— Думаю, господину Ибусову не слишком интересны наши внутренние споры.

Улыбка Давыдовой теперь не казалась мне робкой. Ее улыбка, и лицо, и ужимки — все это теперь выглядело в моих глазах мерзко и отвратительно.